В дороге умер старый ослик, но дядя не купил нового – он собрал часть вещей, сложил в котомку, взвалил на плечи и снова отправился в путь, еще до рассвета, словно за ним черти гнались.
– Где мы будем сегодня ночевать, дядюшка? – повторил Фридрих, не надеясь получить ответ. – У меня больше нет сил идти!
И тут впереди среди деревьев замерцал таинственный огонек.
– Вон, ты видишь этот свет? – проговорил дядя, показывая на этот огонек. – Господь не оставил нас!
Юный Фридрих преисполнился надежды. Он прибавил шагу, стараясь не отставать от дядюшки, и скоро они подошли к домику из закопченных бревен, над входом в который висела засохшая виноградная лоза – знак для путников, что здесь они могут найти недорогую выпивку, а также закуску и ночлег.
– Вот и таверна! – воскликнул дядя, толкая дверь.
Внутри таверна не вызывала мыслей об уюте и гостеприимстве. Низкий потолок поддерживали закопченные балки, пол покрыт камышом, который давно следовало переменить. На грубых скамьях за длинным, кое-как оструганным столом сидели несколько припозднившихся путников, попивая дешевое вино из хозяйского погреба и закусывая его кровяной колбасой.
Один из них – здоровенный детина в продранном на плече кафтане, – видно, выпил уже сверх меры, потому как уронил голову на стол и спал, изредка всхрапывая.
Сам хозяин стоял, подбоченясь, в глубине комнаты и подозрительно оглядывал своих гостей.
Увидев в дверях новых посетителей, он расплылся в кривой улыбке и проговорил хриплым голосом:
– Добро пожаловать, гости дорогие! Что привело вас в мою скромную харчевню? Чего желаете? Могу предложить вам молодого винца и свежей колбаски – только вчера закоптили!
– И вина, и колбасы! – оживился юный Фридрих.
– С самого утра ни крошки во рту не было!
– И какое-нибудь местечко для ночлега! – добавил его дядя. – Такое, где бы нас никто не побеспокоил.
– Не извольте беспокоиться, добрые господа! – хозяин быстро оглядел гостей с ног до головы, отметил их пыльную поношенную одежду, усталый вид, скромную поклажу и добавил:
– И местечко для ночлега – все найду, если расплатитесь добрыми баварскими талерами или саксонскими золотыми!
– Не беспокойся, хозяин, за платой не постоим! – старший путник бросил на стол тяжелую монету.
– Вот тебе первая, а коли угодишь нам – будут и ее сестрицы!
Хозяин ловко подхватил монету, попробовал ее на зуб и заулыбался шире прежнего:
– Золото, доброе саксонское золото! Все вам будет, добрые господа, и еда, и питье, и комнату я вам дам самую лучшую.
