И в свой воинский дух, дух миллионов предков, которые из вас готовили тех воинов, что я увидел впервые, когда встретил Энаку, готовую отдать свою жизнь, но не принять позора. Воинов, а не безликих солдат, тупо исполняющих даже приказы идиотов. Да, солдаты нужны, но они тоже должны думать. И поэтому нам нужны будут верные и преданные воины, готовые, если это потребуется, стать солдатами. Нам нужны будут такие воины. – Затем, глянув в экран, веско закончил: – Я все сказал.
А еще через тридцать минут мы покинули этот сектор и полетели к станции Пелена.
Нас не покинул ни один креат. Как сказал Гирс, даже он не смог предвидеть такого.
Я же усмехнулся и ответил:
– Руук предвидел. Он сказал, что из меня получится хороший глава клана.
Гирс в удивлении посмотрел на меня.
– И он согласился с этим?
Я лишь пожал плечами.
– Ведь это он порекомендовал взять именно тебя, – спокойно сказал я, – по мне, так это лучший ответ на твой вопрос. Он передал мне своего преемника.
Последние слова поразили Гирса.
– Преемника, – тихо прошептал он.
– Ну да, – усмехнулся я и, подмигнув ему, спросил: – Не появилось желание вернуться?
Парень очень уж странно посмотрел на меня в ответ.
– Сейчас точно нет, – медленно произнес он.
А потом мы прибыли на станцию.
Станция Пелена.
Бар в доках.
Утро следующего дня
– Эй, можешь налить чего-нить безалкогольного и тонизирующего? – подойдя к барной стойке, попросил молодой и явно помятый парень, который был с великого похмелья. Красные глаза. Опухшее красное же лицо.
«Хотя, – и бармен пригляделся, – тут не только похмелье», – понял он, парня еще и знатно отделали.
Это не опухшее лицо, это просто заплывший глаз и распухшее веко, которые начали подживать.
– Кто это тебя так? – чтобы поддержать беседу, спросил бармен.
Парень выругался сквозь зубы.
– Да капитан наш, чтоб его, – и незнакомец посмотрел на бармена, – ну, вот скажи, стоит мордовать человека за пару чашек. Да я был полностью адекватен. Даже в доки нормально сел.
Только тут до бармена дошло, о чем говорит этот идиот.
Парень, похоже, пилот. И швартовался он, по-видимому, или под кайфом, или под мухой, или напившись вусмерть.
«Да за такое прибить на месте, – больше у бармена к парню жалости совершенно не было, – как его еще капитан не прибил, а потом еще и подлечил немного. Видимо, другого пилота у них не было. Ну, или этот был неплох, когда был не навеселе».
Между тем, этот пилот продолжал что-то петь о своей несчастной доле.
«Ага», – услышал главное бармен.
