Он, как я понял, решил больше не убегать и не ждать помощи понапрасну, а выбрал более-менее подходящее место для обороны и боя. Там к нему не могли подступиться.
Вампир поступил вполне разумно, особенно если он все-таки надеялся на помощь с нашей стороны. Поэтому он занял оборонительную позицию у одного огромного камня и теперь вполне успешно отбивал атаки двух монстров. Только вот это-то меня и смутило.
Я видел, как они агрессивно и умело действовали, напав на Тенаю, и как сейчас они не слишком-то и старались перехватить Госанга.
Шел несколько вялый и какой-то наигранный, что ли, бой. И это так сильно бросалось в глаза, что я даже удивился, а почему сам вампир этого до сих пор не заметил.
«Они точно кого-то ждут, – между тем, подумал я. – И этот кто-то явно не тот пятый, а, похоже, тот, за кем он и убежал».
И это тоже было вполне очевидно, ведь не стали бы они просто так затягивать выигрышный с их стороны бой. А значит, им опять нужен вампир живым.
Все интереснее и интереснее. Зачем он им? Это не понятно.
«Так, – стал рассуждать я, – если я помогу ему сейчас, то потеряю преимущество первого удара».
И этого допустить было нельзя, ведь этому неизвестному я не хотел оставлять никаких шансов.
Продержится ли отец Тенаи? Да, не слишком-то и стараются зажать его эти монстры. Просто прижали вампира к камню и не дают отступить или сбежать. И если они будут и дальше вести бой в таком темпе, то ему точно ничего особо не угрожает, пока не появится непонятное пока подкрепление.
А значит, ждем. Прошло еще минуты полторы, когда на меня стала давить та же самая атмосфера, что и в тот момент, когда мы находились в зоне действия аномалии. Или я ничего не понимаю, или вместе с еще одним, тем потерянным – пятым, монстром к нам эта самая аномалия и направляется.
Сейчас я был точно уверен, что это и есть она. Вернее, не она сама, а только лишь ее ядро. Тот самый источник аномалии, что находился от нас в нескольких метрах, когда мы сошли с тропы и оказались в овраге.
И теперь я был более чем уверен, что это далеко не простая аномалия. И из нее такая же обычная или природная аномалия, как из меня балерина.
«И что это такое?» – несколько оторопело спросил я у себя. Ни в одной изученной базе подобного феномена описано не было. Ответ, как это ни странно, пришел совершенно не с той стороны, откуда я его ждал.
