Эти мелкие и относительно проворные суда как раз и предназначены для того, чтобы отсечь всякую мелкую шушеру и не дать ей прорваться вплотную к корпусу какого-то из крейсеров.
К тому же в подтверждение моей теории я заметил на одном из больших кораблей явно еще и несколько взводов охраны, которую вполне можно переквалифицировать при определенном желании в достаточно сильную абордажную команду. Наличие на одном из кораблей достаточно большого количества людей я смог определить сразу по присутствию там однотипных метрических матриц, превышающих численность стандартного экипажа корабля и звена охраны, даже усиленного.
К тому же их однотипность натолкнула меня на определенные выводы.
«Это клоны, – догадался я, – а значит, и правда, агарцы». Однако, вот что странно, когда я проверял корабли на наличие там экипажа, выплыл и еще один факт. Самый вроде бы неприметный средний кораблик был помимо всего прочего защищен еще и ментально. То есть, по идее, если бы это был не я, то этот рейдер сразу бы и не заметили, вернее, на него бы, в принципе, не обратили внимания.
Ведь сканирующие системы не смогли бы определить точное количество пассажиров на его борту. И это подозрительно.
Я тоже, без взлома этой защитной структуры, не мог сказать, сколько и кто там внутри. Однако уже само наличие подобной защиты на каком-то из второстепенных судов навевало своеобразные мысли и заставляло задуматься. И было у меня подозрение, что того, кто мне нужен, на других судах нет.
К тому же этот столь нестандартно реализованный подход к обеспечению маскировки и сокрытию численности людей в команде уже сам по себе вызывал определенный интерес.
Ждем дальше. У аграфа, как я понимаю, должна быть назначена встреча с этим господином сегодня ночью. Но время особо, из тех же воспоминаний, регламентировано не было. А значит, при необходимости встречу можно было сдвинуть как в ту, так и в иную сторону.
Что еще мне известно? Знакомы они не были.
Это точно. В памяти аграфа не было даже примерного представления образа того, с кем он должен был встретиться. И к тому же этот пират был уверен в том, что и сам его покупатель ничего не знает о нем.
Я воспроизвел в памяти часть их прошлых переговоров, и так выходило, что этот священнослужитель даже не был в курсе того, что разговаривает с аграфом, так как несколько раз обращался к нему как сын мой.
