«Эй», – передаю я ей через нейросеть, ведь по сути я к ее метрической матрице уже подключился и вместо команд на ее изменения могу передавать и такие вот свои мысли.
Ледяная девушка, точнее скульптура, замирает. Осматривается, но не видит меня.
«Значит, слышишь», – констатирую я.
«Да», – раздается морозный ответ, и это, конечно, чисто субъективное, но меня как будто обдает волной холода.
«Слушай, не знаю, кто ты или что ты, – сказал я этой скульптуре, – но мы тебе не враги, по крайней мере до тех пор, пока ты не навредила кому-то из моего отряда».
«Враги», – приходит морозный ответ, и крышу, где я только что лежал, накрывает коркой льда. Только вот меня там уже нет. Я на другом здании.
«Хорошо, враги, – соглашаюсь я, – но почему?»
Статуя, похоже, с изумлением посмотрела в ту сторону, где я только что лежал. Она, видимо, полагала, что уже убила меня.
«Вы предали нас, схватили, когда мы согласились на мир, и после этого заточили меня в саркофаг удержания, где и продержали больше ста тридцати литаков».
«Чего? – удивленно переспросил я, – а один литак – это сколько? – И пояснил: – Ты прости, но я даже представления не имею о такой временной величине».
Статуя внизу замерла, и мне показалось, что она и сама удивлена.
«Это же ваше летосчисление», – ответила она.
«Э… – произнес я, – давай так. Ты пока меня не будешь убивать, а я выйду, и ты посмотришь на меня, а потом скажешь, точно мы или подобные мне с тобой раньше встречались, или нет!»
Что-то начало созревать в моей голове подозрение, что этот самый литак – какая-то до неприличия большая величина.
Сродни миллиону лет, или даже больше.
«А если это были похожие на тебя?» – пришел вполне закономерный вопрос.
«Ну, – я мысленно пожал плечами, – будем и дальше пытаться прибить друг друга».
Несколько мгновений молчания, а потом спокойный ответ:
«Хорошо. Я обещаю, если я тебя еще ни разу не видела, то тебя не убью».
Опа, клятва истинная. Над головой девушки внизу вспыхнул легкий голубой огонек.
«Спускаюсь», – передал я.
«И ты мне поверил?» – пришел удивленный вопрос.
«Ну, ты же пообещала», – сказал я в свою очередь.
Несколько мгновений живая стихия обдумывала мой ответ.
«Те бы нам никогда не поверили, без данного слова силы. Хорошо я жду». И статуя замерла.
Только вот я уже стоял позади нее.
Не только она умеет пользоваться ментальными энергиями. Кое-чему пришлось научиться и мне. Жизнь, ну, или вернее – смерть, заставила.
