— Что ты имеешь в виду?"
"— С того момента, как я нашла его, он все время старался отослать меня отсюда, предоставив его своей судьбе. Он все время говорил об опасности, которая мне грозит из-за того, что его преследуют.
— Но ты у меня очень упрямая девочка. — Да.
Балфур улыбнулся дочери, затем встал в ногах Кормака.
— Эрик, давай уложим этого несчастного на носилки и отнесем к Молди, чтобы она могла заштопать его.
— Ты уверен, что мы поступаем правильно, Балфур? — спросил Эрик, подходя к Кормаку.
— Не совсем, но разве убийца стал бы отказываться от помощи, заботясь о маленькой глупышке?
— Я не глупышка, — проворчала Элспет, следуя за отцом. Эрик и Балфур обменялись улыбками, затем Эрик сказал:
— Я тоже так думаю, однако молю Бога, чтобы этот парень поскорее выздоровел и покинул Донкойл, пока клан Дугласов не узнал, что мы помогли ему. Конечно, это может показаться трусостью, но…
— Ты прав. Он не из нашего клана и не является ни нашим другом, ни сыном нашего друга.
— Балфур посмотрел на Кормака, и они с Эриком уложили его на носилки. — Бог даст, ты поправишься и снова будешь полон сил, парень, но после этого ты должен покинуть нас. Понятно? — спросил он, всматриваясь в бледное, покрытой потом лицо юноши.
— Да, понятно. Я еще не потерял сознания, — ответил Кормак.
— Хорошо. Ты видел богатство, которое я должен охранять. — Балфур бросил взгляд на детей, — Клан Мюрреев немногочислен. Если мы даже призовем всех своих союзников, нас все равно будет слишком мало, поэтому мы не хотим навлечь гнев клана Дугласов на наши головы.
— Балфур сделал знак Дональду, чтобы тот закрепил носилки на своей лошади.
— Думаю, что никто, включая самого короля, не смог бы собрать достаточно союзников, чтобы противостоять Дугласам, — заметил Кормак.
— Да, ты заимел очень могущественного врага, парень.
— О, я не сомневаюсь в этом, — прошептал Кормак, теряя сознание.
— Он не умер? — тихо спросила Элспет дрожащим голосом, коснувшись бледной щеки Кормака.
— Нет, моя девочка. — Балфур подхватил дочку на руки и, после того как его братья и Дональд усадили маленьких детей на своих лошадей, взял под уздцы жеребца с закрепленными носилками и направился к Донкойлу. — Бедняга очень ослабел от потери крови, но, я думаю, он скоро поправится, раз у него хватило сил так долго оставаться в сознании и разумно говорить.
— А когда он окрепнет, ты прогонишь его?
— Я должен сделать это.
