Она постанывала от удовольствия и выразила некоторое сожаление, когда он перенес поцелуи ниже. Он начал целовать ее живот с нежными покусываниями и жаркими прикосновениями языка. Она не понимала, что задумал Кормак, пока он не закинул ее ногу себе на плечо. Элспет смутилась и напряглась, оттого что в этой позиции при ярком свете свечей ему открылись самые интимные места.
— Не волнуйся, ангел мой, — пробормотал он, проводя языком по внутренней стороне ее бедра. — Позволь мне насладиться тобой.
«Эта ночь должна надолго запомниться нам обоим», — напомнила себе Элспет.
В борьбе за свое счастье нет места ни застенчивости, ни колебаниям. Закрыв глаза, она расслабилась, стараясь не думать о том, что видит Кормак, и полностью отдалась своим чувствам. Не выражая никакого протеста, Элспет позволила ему делать все, что он захочет.
И Кормак довел ее почти до безумия, заставляя испытывать острое наслаждение. Лишь после того, как она обратилась к нему с мольбой, он позволил ей воспарить к вершинам блаженства.
Она все еще продолжала дрожать от возбуждения, когда он принялся снова ласкать ее, доводя до оргазма второй, затем третий раз, пока Элспет не распласталась на постели, едва не лишившись чувств. Через некоторое время, придя в себя, она ответила ему не менее жгучими ласками.
Они немного вздремнули, затем опять занялись любовью. Элспет была даже удивлена такой неуемной взаимной страстью. Они были похожи на маленьких детей, дорвавшихся до сладостей. На небе уже появились первые проблески зари, когда они в очередной раз погрузились в бездну небытия.
Элспет лежала без сил в объятиях Кормака, чувствуя, что не способна шевельнуть даже пальцем.
— Как твоя нога? — наконец спросила она, затем зевнула и, свернувшись клубочком, прижалась к его боку.
— Левая в порядке, правая еще немного побаливает, а на среднюю, кажется, требуется наложить шину.
Элспет засмеялась и слегка шлепнула его.
— Бедненький. Но я ни в чем не виновата. Я мирно слала, когда ты, разбудив, изнасиловал меня.
— Она подумала, что если после этой ночи в ней останется хоть капля скромности, это будет чудом.
— Изнасиловал, разбудив? Хм-м-м… Мне это нравится. Он тоже зевнул, затем сказал:
— Кажется, Алан проснулся.
Прислушавшись к звукам, исходившим из колыбельки Алана, Элспет улыбнулась и закрыла глаза.
— Он иногда начинает гукать, затем поспит часок или два и опять лепечет по-своему. У меня еще есть время немного вздремнуть.
