Было бы хуже в тысячу раз, если бы я попала в тело фанатки и вместо приемов вынуждена была ходить на концерты и на все деньги покупать мерч и постеры."
"— Козочка, ты знаешь смешную историю про козу?.. Один человек очень плохо жил. Была у него маленькая квартирка, злая теща, ворчливая жена и…
— …До начала. Постарайтесь на этот раз не подвести.
Голос принадлежал полковнику жандармерии Ветлицкому, а шаги… черт его знает, но женщине, и молодой. Эти двое завернут за угол и натолкнутся на меня. Кто там с Ветлицким — старшеклассница? Не может быть, девочки заперты пуще монахинь в кельях, никто из них не мог встретиться с полковником жандармерии — никак.
Я на цыпочках рванула назад, к туалету для пансионерок. Шанс нарваться здесь на ученицу во время уроков был мизерный, я вбежала, закрыла за собой дверь и только тогда услышала, что кто-то плещется в умывальной. Шокировав Софью парой не самых приличных в обществе слов, я опустилась на колени и приникла к замочной скважине.
— Ты просто… просто… — захлебнулась от возмущения Софья.
— Подсматривать в замочную скважину? Тебя увидят!
— Козочка, нищей отщепенкой ты нравилась мне гораздо больше, — процедила я, разглядывая в крохотное отверстие коридор. — А когда стала невестой князя, пусть негласной, зазналась. Девчонка… барышня, обыгравшая Ветлицкого, была прекрасна, а сейчас ты светская мармозетка, к тому же ханжа. Отстань. Скажи лучше: чуешь, чем пахнет?..
Не видно мне было ни черта, не слышно тоже. Неприметная юбка, но женщина невысокая, Ветлицкий в мундире, похоже, парадном.
Я смаргивала выступившие от напряжения слезы и пыталась по положению тел понять, что происходит. Не выходило. Женщина говорила совсем тихо, Ветлицкий чуть громче, но я все равно ловила одни обрывки.
— …покушение состоится, и… императорского величества чувство…
Если повезет, то женщина потом захочет проведать пустой, как она думает, туалет. И откуда опять несет проклятой пихтой?
— …ждем… преследовать. Жалованье… насколько вы мне полезны.
Женщина развернулась, и я потеряла ее из виду.
Я потерла глаз, а когда припала к скважине, Ветлицкий тоже ушел.
— Софья Ильинична?
Каролина Францевна закончила намываться и стояла, нависнув надо мной, сочувственно смотрела. Рукава ее платья были мокрыми, а от рук разило пихтовым маслом.
— Что с вами, дорогая моя?
— Шпилька, — я, обезоруживающе улыбнувшись, наклонилась и повозила рукой по полу. — Найдет кто-то из девочек…
— Ну ничего же не случится, даже если найдут! — всплеснула руками Штаубе.
