И дать во всем разобраться тем, у кого есть полномочия.
- Пап, послушай…
Достучаться! Я должен достучаться, иначе…
- Наслушался, Ром. Хватит. Ты… Твоя мать ждёт ребенка, ей нельзя волноваться.
- Что?
Сердце издает звук – словно струна лопнула. Аут. Не осознаю пока.
- Вот так. Поэтому… давай как-то… спокойно всё закончим?
Да… Нет я… чёрт, я за них рад, конечно. Очень. Потому что гибель Ваньки им очень тяжко далась, особенно маме. И потом… меня не посвящали, конечно, в подробности, но я знаю, они пытались, хотели еще детей.
Меня, такого геморройного, им мало было что ли…
Нет, сейчас, когда я думаю о перспективах семьи и брака для нас с мышкой, я… я почему-то хочу детей, много, как минимум трех. У Да Винчи вот сеструха и братан мелкий, классные. Мне нравится с ними возиться. Коршун у нас один, единственный – иногда долбаю его, за то, что он эгоистичная скотина.
Значит, я скоро опять стану братом. Это здорово, но…
Не понимаю всё-таки, зачем мне уезжать? Почему?
Потому что родители Мироновой, Разумова и Беляева объединились.
И явно готовят что-то нехорошее. А еще… еще у нашей директрисы, у «Ксенона» большие проблемы из-за этой истории. В общем… треш.
Поэтому меня ссылают в Эмираты!
Чертовы гонки, я их уже заранее ненавижу. Нет, там круто, перспективы, бабло, и то, что меня вообще берут, это… Это отличный шанс. Но почему сейчас? Почему вот так? Когда мне надо быть тут! Дома!
Когда мне есть ради кого быть тут!
- Пап… правда, честно, это реал надо? Потому что я… Я не могу её бросить.
- Кто говорит о том, чтобы ты бросал Леру? Она чудесная и мы рады, что вы вместе. Ну, подумаешь, побудете пару месяцев врозь. Проверите чувства.
Проверить? Нам не надо ничего проверять, мы… мы живём друг другом, горим друг другом! Между нами искры, молнии, к нам можно электростанции подключать, когда мы вдвоем!
Я люблю её!
А она… Она любит меня.
- Пап…
- Так, Ром, стоп, а вы часом… мать собирается сама рожать, а вы её уже хотите бабушкой сделать?
- Что? – не вдупляю о чём он.
Потом секу, - Нет, ты что, мы…
- А что? Вполне резонный вопрос.
- Пап. Нет.
- Уверен? А то, знаешь ли… надежных способов предохранения не так много.
- Пап! Я знаю самый верный.
- Неужели? Поделись с отцом. – ржёт, а мне вот совсем не до смеха.
- Ты его знаешь. Это слово «нет»."
"- Да ладно? Вы? – отец брови поднимает. Капец! – Да, сын, ты меня… удивил, если честно.
- Хочешь еще больше удивлю? Я вообще ни с кем, никогда.
