Я поднимаю руку и снимаю с ее хвостика резинку. Распускаю второй хвостик. Провожу ладонью по длинным волосам, по темной головке, обзывая себя последними словами.
– Идиот… Чертов придурок! Как я мог не догадаться?!
– Это плохие слова, пап. Их нельзя говорить.
– Да, нельзя. Но я заслужил.
Я притягиваю Анюту к себе и прижимаю к груди, чувствуя, как у меня перехватывает дыхание и щиплет в глазах. От правды, от собственной глупости и от обиды… на одного бывшего друга. Целую дочь, узнавая ее запах и мягкость кожи, в эту секунду ясно понимая, что это мой ребенок.
Мой! И ничего больше не будет прежним. И я не буду – не смогу."
"– Анечка, прости меня! – прошу, но просьба звучит слишком серьезно для ее детской души, и она молчит. Вместо ответа, обхватывает ручками мою шею и крепко прижимается к щеке, словно этим объятием прощает мне долгих пять лет отсутствия в ее жизни.
Но я себе простить не готов, и откровение больно ворочает камни в душе, царапая совесть.
Представляю, что чувствовала Алиса, когда я появился в их жизни и ничего не понял.
Наблюдал за ее ребенком, не допустив даже мысли, что он может быть моим.
Сказочный придурок, если не сказать хуже. Но я всегда был так далёк от подобного. Заботился, чтобы не было последствий. Настолько, что только теперь внезапно понимаю, зачем шесть лет назад ко мне приходила Алиса. А я еще понять не мог почему.
Это было так на нее не похоже… Решил, что она захотела со мной порвать окончательно.
Мы выходим с Аней из детского сада, а я все никак не могу спустить ее с рук.
Так и несу их с пандой, не обращая внимания на лужи и накрапывающий дождь.
Когда мы оказываемся во дворе, я подхожу к своей машине и только тогда ставлю дочь на землю. Присев перед ней, спрашиваю:
– Аня, скажи, ты знаешь, где живет твой дядя Рома? – стараясь, чтобы в голос не прорвался зудящий горло рык.
– Да, знаю.
– Это хорошо. Потому что сейчас мы съездим к нему в гости поздороваться.
– Как волк пришел в гости к бабушке Красной шапочки? – догадывается малышка.
– Именно, моя умница! Очень уж хочется с ним поговорить!
Глава 18
Анюту интересно слушать, и пока мы едем, я узнаю много интересного из жизни бывшего лучшего друга. Дочка еще немного меня стесняется, но то, что я уже испытываю к ней, обещает не оставить между нами барьеров, и надеюсь, она это чувствует. Малышка продолжает рассматривать меня синими глазками, пока я улыбаюсь ей, обдумывая, какие слова подберу для Алисы, когда придет время говорить.
