– Что с тобой? Ты перерос меня на голову и решил, что в праве опекать? Это я старшая сестра, забыл?
– Я-то помню, – ворчит брат, почесав впалый, крепкий живот под свободной майкой. – А вот ты забыла, что сегодня была твоя очередь готовить ужин!
Точно. Я едва не спотыкаюсь, оборачиваясь. Так вот в чем дело!"
"– Ой, Ром, извини. Я исправлюсь, честно! Просто Влад неожиданно встретил меня в метро и утащил в кино. Я правда не собиралась туда идти после работы.
– У твоего парня – дистрофия мозжечка, отсутствие эмпатии и логика рыбы.
Придурок! Он по жизни туго соображает, а еще эгоист. Алис, перестань ему уступать и научись говорить «нет». Ты не представляешь, как это упростит тебе жизнь.
– А ты, значит, не эгоист?
– Я умный эгоист и гордый! Терпеть не могу уступки. Спорим, твой качок дрых полдня, пока ты работала?
– Спорим, ты мог и сам приготовить ужин, наплевав на очередь? – парирую Ромке, приподняв бровь.
– А я и приготовил, правда, мы всё сожрали. Но надеюсь, твой парень хоть догадался тебя накормить?
Хм.
Я молчу, проходя к своей комнате, и Ромка тихо ругается.
– Жадный дебил! Не понимаю, что ты в нем нашла?!
– Он на меня не давит, ясно? И он не оскорбляет моего брата!
Я открываю дверь в спальню и включаю свет. Слышу в спину:
– Ха! Пусть бы попробовал рискнуть здоровьем! Алис, там на столе есть яблоко и одно авокадо – я такую фигню не ем! А колбасы и яиц нет! Зато есть хлеб!
Так и хочется закатить глаза к потолку – первый раз, что ли.
– Ну, спасибо, родной. Кто бы еще обо мне так заботился!
Но когда Ромка скалится, я готова ему простить что угодно.
– Я знал, что ты оценишь, сестричка!
И хотя брат у меня все-таки эгоист, когда я закрываю дверь, то невольно улыбаюсь.
Если у меня есть друг, пусть и неуправляемый, то это он!
Глава 3
В кинотеатре я согрелась, но пока шла домой, не спеша возвращаясь в компании знакомых Влада, то успела вновь замерзнуть, поэтому, переодевшись, первым делом иду в ванную комнату и принимаю горячий душ.
Вот бы так всегда стоять под горячими струями, впитывая их тепло и наполняя тело покоем.
А если бы можно было лечь и свернуться под ними калачиком, я бы так и сделала. Но вместо этого я смываю с лица неброский макияж, моюсь и выхожу из душевой кабины. Обернувшись полотенцем, прохожусь легким кремом по шее и плечам, и расчесываю длинные волосы.
Сейчас мокрые, они кажутся пепельно-русыми, как брови и ресницы, а щеки непривычно румяные от горячей воды – такой меня никто не видит.
