Она зашла в умывальню, переоделась в самую закрытую ночную рубашку и, вернувшись, добавила в стакан с водой снадобье Закарии. Это было сильнейшее снотворное, которое усыпляло в считаные минуты, и каждый раз, когда Уилл приходил в ее спальню во хмеле, она опаивала его этим. Оно немного притупляло рассудок, и Уилл на утро даже не помнил, что она давала ему что-то пить.
– Держи, это поможет тебе справиться с головной болью. Ты сегодня, кажется, перебрал вина. – Аврора протянула Уиллу стакан, и он без вопросов принял его, осушив залпом.
– Аврора, ты когда-нибудь задумывалась, как бы сложилась твоя жизнь, если бы Рэндалл не приехал на Север? – задумчиво спросил он, когда она легла на кровать.
– Почему ты спрашиваешь?
Лицо принца не выражало никаких эмоций.
Последние два года Аврора боролась с горем и прилагала немыслимые усилия, чтобы не сломаться. Она искала утешение и радость в Райнере и Рэне, тренировалась до седьмого пота на арене под чутким руководством Закарии – даже выучила усыпляющий прием иглой.
Уходила с головой в дела Совета, лишь бы не чувствовать щемящей боли в груди.
Уилл же с каждым месяцем все больше погружался в пучину скорби. У него случались и моменты просветления, когда он брал себя в руки, занимался делами Блэкстоуна и проводил время с Рэном, но хватало его ненадолго.
Вот и сейчас он был пьян и совершенно разбит.
Аврора едва сдерживалась, чтобы не прикрыть нос рукой от едкого запаха пьянящих напитков.
– Когда Рэндалл предложил жениться на тебе вместо меня, я так обрадовался, – прервал он наконец долгое молчание. – Я верил, что так будет лучше для нас с Анной… Но что, если все сложилось бы лучше, поженись мы с тобой?
Аврора изумленно уставилась на Уилла. А его взгляд… Ей стало не по себе. В одно мгновение в комнате похолодало так, что захотелось укрыться одеялом по самое горло. Что она и сделала.
– Уилл, давай спать, у нас обоих сегодня был тяжелый день.
– Аврора постаралась придать голосу спокойствие и мягкость.
– Ты не понимаешь. – Уилл повернулся к ней всем телом, приподнявшись на локте, и Аврора инстинктивно отодвинулась на край кровати. – Если бы я покорился воле моего отца, Анна была бы жива, – с надрывом произнес он. – Конечно, я бы продолжал ее любить, но у нее был бы шанс на счастливую долгую жизнь.
Аврора тяжело сглотнула. В его словах имелось зерно истины.
