- А я-то как рад. Теперь жду с ответным визитом, - Люмьер недвусмысленно мне подмигнул, отчего к горлу подкатил ком тошноты.
- Само собой. Тед вас проводит.
Как только незваный визитер скрылся из видимости, я с шумным стоном перевела дыхание. Бессонная ночь вкупе с неприятным приходом законника вогнали в состояние жуткой усталости и депрессии. Тело потряхивает, в голове шумит. Увы, времени на отдых практически нет.
Близится полдень.
Пора собирать в повозку еду и одежду и объезжать окрестные деревушки.
Разыскав Волдера на первом этаже, отдала соответствующие распоряжения и, получив ответ, что всё будет готово через полчаса, отправилась в личную спальню сменить домашние блузу и юбку на дорожный утепленный костюм. Вбежав к себе, первым делом сбросила одежду, достала из шкафа теплое шерстное платье нежного светло-зеленого оттенка с серебряным кружевом, натянула колготки и взялась вытаскивать из волос шпильки и невидимки, чтобы переплести их в тугую косу.
Неожиданно палец ошпарила сильная боль.
- Ай.
Отдернув руку, уставилась на проколотую невидимкой подушечку.
- Вот же, черт, - всплеснув рукой, тихо выругалась.
Прямо накануне поездки.
Прижав уколотое место к губам, метнулась по спальне к столику со шкатулкой, в которой прежние хозяева хранили бинты, вату и заживляющую настойку в бутылочке из белого стекла, а в следующий момент услышала тихий щелчок за спиной.
Это открылась загадочная книжица, найденная мной в кабинете старого Рейнара. Вчера, сбитая криками дворецкого с толку, бросила ее на прикроватную тумбочку и благополучно о ней забыла.
Стоп. Защитная магия истончилась и она открылась? Сама!
Хватаю книжицу и с изумлением нахожу на кожаной обложке собственную кровь. Видимо, попала, когда минуту назад трясла от боли проколотым пальцем.
Так, посмотрим. Повертев книжицу в пальцах, открыла и громко фыркнула.
- Да ладно?
Заинтересовавшая с первого взгляда вещь – оказалась личным дневником Летты Рейнар.
Бегло пролистнула желтоватые странички,
исписанные каллиграфическим явно женским почерком и, забыв о необходимости собираться в поездку, прижимая проколотый палец к губам, упала в кресло.
Дневник лег на колени."
"В лицо повеяло бумажной пылью с чуть уловимым мускатным запахом.
Я погладила красивый, сделанный на совесть, кожаный переплет и открыла дневник на середине. По спине тотчас побежал липкий озноб.
Взгляд зацепился за странную, я бы даже сказала – пугающую надпись.
