— Так полным полно. В каждом лесу, поле или реке. Полевики, лесовики, водяные, русалки, луговицы. А в селеньях домовые да городовые. Столько, всех не перечесть! Поэтому ведуньи самые сильные маги, ведь вся нечисть у них в услужении.
— И как же вы служить можете?
— Так всем же известно, что мы удачу приносим, в делах помогаем, от всяких напастей защищаем.
— Эх, удача мне бы сейчас очень пригодилась. Мне бы денег немного. Хоть клад иди, копай! — пошутила я.
— Зачем копать? — удивился домовой. — В этом доме несколько кладов спрятано, и копать не нужно!
— А вот с этого места поподробнее!
У меня даже усталость прошла, я была готова прямо сейчас идти искать клад.
— Да хотя бы в этой самой комнате есть тайник.
— Где? — я соскочила с кровати, стала озираться, осматривая стены комнаты.
— Да вот здесь!
Домовой деловито подошёл к камину, нажал на одну из завитушек, украшавщих каминную полку, и прямо у меня на глазах один из кирпичей отъехал в сторону.
В углублении стояла небольшая шкатулочка.
Сдув с неё пыль, я с замиранием сердца откинула крышку. Внутри лежали несколько цветных шёлковых лент, крохотный детский серебряный браслет, около десятка мелких монеток и большой круглый медальон.
На медальоне была изображена девушка, очень похожая на моё отражение в зеркале.
— Амелия… — догадалась я.
Мне стало понятно, что эта шкатулка когда-то принадлежала прежней хозяйке моего тела. Малышка спрятала в неё все свои самые ценные вещи, среди которых был медальон с портретом матери.
Забрав монетки, остальное сложила назад в шкатулку и убрала обратно в тайник.
— Спасибо тебе, — поблагодарила я домового.
— А где остальные клады?"
"Я была готова идти за ними прямо сейчас, но мужичок скептически посмотрел на меня.
— Я, конечно, отлично вижу в темноте, но не думаю, что тебе стоит заниматься этим прямо сейчас, лучше дождаться рассвета.
Он прав. Я ещё плохо ориентируюсь в доме, а ночью вообще рискую потеряться.
— Ложись спать, ведунья. Утро вечера мудренее!
— А ты придёшь утром?
— Как позовёшь, так и приду, — хитро прищурился домовой.
Я, зевая, забралась на кровать, а домовой направился назад, в угол за шкаф.
— А как зовут то тебя?
Домовой притормозил, обернулся:
— Антипкой кличут.
И прямо у меня на глазах медленно растаял в воздухе.
Я ещё какое-то время таращилась на то место, где только что стоял чудной мужичок, а затем подумала, зевнув, что он прав: утро вечера мудреней. И завернувшись в одеяло, мгновенно уснула.
