— А ты сам-то, что не возьмёшь? Ты ведь здесь хозяин.
— Ты что, ведунья, разве не знаешь? Мы можем съесть только то, что нам люди сами дают. А такого уже много лет не случалось. Мы уж одичали совсем!
— Хорошо, будь поблизости, как только до первой лавки со сладостями дойдём, я сразу тебе угощение куплю, — пообещала я ему.
— Спасибо тебе, ведунья. Можешь смело на рынок идти, никто ни тебя, ни твоих людей не обидит.
Городовой ещё раз поклонился и медленно растаял в воздухе, проказник!
Я встала и повернулась к Светославу.
Парень стоял с открытым ртом. Я поводила рукой у него перед лицом. Тот словно очнулся, захлопав глазами.
— Он исчез! Браслет исчез! Просто растаял в воздухе!
Он тыкал пальцем в то место, где только что стоял городовой.
Упс! Ничего, пусть привыкает, мои люди должны, наконец, поверить в полезную нежить. От этого всем только польза будет."
"— Светослав! Я же уже рассказывала, что могу с домовыми и лешими разговаривать. А это городовой был. Он нам на ярмарке поможет. Только я ему ещё сладостей обещала, так что, как только увидишь, где конфеты продают, сразу мне говори.
— Ага, — парень согласно мотнул головой, с опаской покосившись на то место, где недавно стоял маленький, шкодливый человечек.
Я вздохнула:
— Ладно, пошли. Нас, поди, заждались уже.
Нас, действительно, ждали буквально в четырёх шагах. Думаю, даже из виду не упускали. Михайло оказался очень ответственным охранником, с таким нигде не страшно.
— Всё, теперь можно расходиться по делам. Встречаемся на подворье у батьки Микентия.
Касьян, Мирослав и Светослав, кивнув, развернулись, и быстро зашагали в дальний конец рынка, откуда изредка доносилось едва слышное то коровье мычание, то лошадиное ржание. Видимо, домашним скотом торговали в неком отдалении от самого рынка. Если будет время, обязательно туда загляну. Было очень интересно посмотреть, какой живностью здесь торгуют.
А теперь пора и нам взяться за дело. Я достала из сумки список необходимых нам покупок.
— И как узнать, где здесь лучшие магазины…
Пробормотала я себе под нос, осматриваясь.
Михайло вдруг заливисто свистнул. Спустя минуту, напротив нас стоял белобрысый мальчишка лет двенадцати. Одежда старенькая, но чистая, аккуратно заштопанная. Весь такой приветливый, улыбчивый, с милыми веснушками на носу.
— Помощь, дядька, нужна?
— Покажешь барышне лучшие лавки и поможешь с покупками, получишь эту монету.
Михайло показал небольшую медную монетку. Глаза парнишки загорелись о радости.
