Там, уже по проверенному методу, опустилась на колени и позвала:
— Лесной хозяин, батюшка, покажись!
В кустах зашуршало, и мимо меня важно продефилировал… ёжик! Пока раскрыв рот, смотрела как шуршат по прошлогодней листве маленькие лапки, совершенно упустила момент, когда прямо передо мной появился бородатый мужичок в тулупчике овчиной наружу. Был он коренаст и приземист, и очень напоминал уменьшенную копию Мирослава. Этакий медвежонок, только с бородой такой длинной, что она волочилась по земле, цепляя по пути разный мусор в виде веточек и травинок.
— Кто звал меня? Ах, это ты, ведунья!
— Доброго денёчка, батюшка. Вот, решила познакомиться с хозяином этих мест, да подарочком одарить!
При моих словах леший подбоченился, а при словах «подарочком одарить» на его лице отразилась целая гамма чувств, от удивления, до прямо таки детской радости, которая так умилительно смотрелась на его бородатом лице.
Леший в нетерпении шагнул ко мне, да наступил на кончик своей же бороды и чуть не упал.
— Какая у Вас длинная и шикарная борода!
Похвалила я, словно не заметив его оплошности.
— А можно я её в косичку заплету?
— В косичку?
Леший посматривал то на меня, то на лежащую под ногами бороду, видимо раздумывая, прилично ли ему будет показаться перед лесным народом в этаком виде.
— И красиво, и мешаться не будет! — добила я его, и он сдался.
— Заплетай!
Сначала я выбрала из его бороды весь мусор, затем покопавшись на дне сумки, достала шёлковую ленту, решив выбрать самую брутальную, цвета молочного шоколада.
Заплела бороду так, что она стала лешему, как раз, по пояс. Сначала хотела завязать на кончике кокетливый бантик, потом подумав, решила, что это лишнее.
Слегка отодвинувшись, полюбовалась на дело рук своих.
— Красота.
— И удобно как!
Леший покрутился на месте, борода больше ему не мешала.
— Спасибо тебе, госпожа ведунья! — леший поклонился.
— Подожди, батюшка, я же подарочек ещё не отдала!
Я достала из сумки ещё теплый рыбный пирог, положив прямо на сухую прошлогоднюю листву, развернула полотенце.
— Вот, прими угощеньице!
Леший принюхался, мне показалось, что меж его губ мелькнул маленький, раздвоенный, словно у змеи, язычок.
— Уважила, госпожа ведунья! Чем отблагодарить тебя за заботу и угощение?
— Мы в город едем, помоги нам в дороге, хозяин лесной. Убереги от зверей диких, людей худых, — и я отмахнулась от назойливого крупного комара, жужжащего у самого уха, — и от мошкары надоедливой.
