– Знакомо, но до сих пор Лорэй был неприступен, – Демьен ненадолго задумался, – Мадам Мирабелла, побег можно устроить. Мне удалось разведать, как выбраться из дома. Но одному не справиться. Сама судьба послала вас. Это хороший знак.
Он явно приободрился:
– Я помогу расширить лаз. Не ходите сюда часто, за вами могут следить. Соглядатаев здесь не счесть. Каждый день на закате меня заставляют подметать двор, понимаю, что выбраться даже в сад вам непросто. Буду караулить вас здесь с наступлением темноты, когда сможете, приходите.
Если вам удастся незаметно пробраться в сад снова, тихонько кликните меня.
– Хорошо, капитан Демьен.
– Сейчас вам лучше поскорее уйти, скоро обход, охранники могут появиться с минуты на минуту. На меня они внимания не обратят, а вот говорящей голове под забором вряд ли обрадуются."
"Я осторожно вытолкнула себя из лаза назад в сад:
– Спасибо вам, капитан. Постараюсь попасть сюда снова как можно скорее.
– Идите, мадам. И пусть удача не оставит вас.
Выглянув из кустов, убедилась, что никого нет рядом.
Выскользнула из своего укрытия и поспешила к себе.
Всю ночь от волнения не могла сомкнуть глаз. Больше всего радовало, что теперь я не одна. Пусть мне незнаком Демьен, только даже на такую удачу раньше не приходилось рассчитывать. Путешествовать с мужчиной – совсем другое дело. Можно представиться супругами или братом с сестрой. Только вот как убегать с хромым, ведь я даже не видела, как он передвигается! Надо отдать должное, ко мне подкрался так, словно вместо ног у него мягкие кошачьи лапки.
С этой мыслью ходила весь день, размышляя, что кроме денег нам нужна и еда, и какая-никакая одежда. Хорошо, что здесь рабов не клеймили, тогда бы пришлось совсем туго.
– Мирра, – окликнула меня Дилера, – тебя зовут в комнату для рукоделия.
Странно, там мы бывали редко, обычно только по утрам, чтобы прибраться. Зайдя, увидела бабушку Калиму. Та ткала ковёр.
И на меня нахлынул сонм воспоминаний из моей прошлой жизни. Я уже занималась производством ковров.
Конечно, это была не ручная работа. У меня был небольшой цех, огромных барышей я не имела, но на жизнь хватало. Мои мастера тоже не жаловались. Самое главное – знала всё о производстве ковров и, конечно, как их производили изначально. Но видеть вживую подобное мастерство ещё не доводилось. Я поразилась искусной работе старой женщины, её сухие тонкие руки, как маленькие юркие паучки сновали по основе, завязывая узелок за узелком.
