Дальнейшее слилось в какую-то ирреальность. Лилит слой за слоем резала мою одежду, том ругался, что это стоило сделать уже давно.
А твари все лезли и лезли. Кидались за Рея всем скопом, почти что погребали его за собой. На каждую инквизитор тратил очень мало времени, то выжигая их заклинаниями, то разрезая оружием.
Магистр был силен. Но его давили количеством, не пытаясь победить, а лишь стараясь замедлить.
Их стало так много, что я больше ничего не видела, кроме тьмы. Они заполонили магистра и даже Лилит.
У меня потемнело в глазах. Или я вновь потеряла сознание?
В следующий раз сумела хоть что-то увидеть, кроме непроглядной темноты, когда вдруг оказалась в горячих объятиях Рея. Его запах, его крепкая грудь – перед смертью оказаться в руках своей первой любви и первого разочарования было идеально.
– Адель… – хрипло произнес мужчина из моих фантазий. Он сказал ещё что-то, но я не смогла расшифровать, и понес вперед. Там отчего-то было ослепительно светло.
А потом мой сон, растеряв все краски, вновь поплыл.
Следующая картинка миража была очень примечательной. Тогда я точно поняла, что потеряла сознание, потому что такое в реальности не могло произойти."
"Некогда идеальный тетушки сад, а на газоне очень педантично, в четком порядке – лежали останки существ Нижнего мира. А рядом с этим «художеством», на лавочке, с самым умиротворенным выражением лица восседал Лаор. А под его модными кожаными сапогами трепыхалась голова с шипами и длинным языком, явно ядовитым, который не оставлял попыток коснуться кожи инкуба.
А тот был занят. Маникюром.
– Дорогой мой друг, я ведь уже рассказал, как полезно бывает даже оторванной голове вести себя хорошо, – подпиливая ноготь, совершенно спокойно, даже ласково, выговаривал он голове. – А ты себя плохо ведешь. Начнем сначала?
Что там было в начале, не знаю, но язык монстра перестал дергаться.
Фу. Оказывается, у меня извращенная фантазия – такое напридумывала! Или меня Лилит ко всему прочему опоила? С нее станется.
– О, вы вовремя, – заметив нас, Лаор поднял голову и, усмехнувшись, шутливо отсалютовал. – Удачи, красотка. Больше не впутывайся в неприятности.
На этот раз греза поплыла слишком быстро и резко. В ушах заложило, тьма неумолимо настигла.
Конец.
А умирая, я отчего-то думала о сущей ерунде, а не молила Единого о прощении грехов. Мне же надо было вечером достать зелье из конденсатора и разлить по стеклянным, или снадобье испортится.
