Дело в том, что у них с Кэли начали намечаться отношения, но пока суд над Лоу откладывался, она предпочла остаться жить во флигеле, а потом планировала снять комнату поближе к месту работы, но подальше от своего дома. Возвращаться туда даже в отсутствие брата она не хотела. И я прекрасно её понимаю, так как многочисленные дружки Лоу не дадут покоя, выклянчивая деньги якобы за его долги или мечтая прибрать одинокую незамужнюю девушку с домом к своим ручищам. От Ларри уже поступило предложение сдать комнату Кэлионе, но положительного ответа пока не получил, так как моя помощница знала, что у извозчика есть сестра, и переживала, как та отнесётся к этому.
Думаю, что в ближайшее время обе девушки познакомятся, но лезть в их взаимоотношения не собираюсь: пусть всё идёт как идёт.
После благотворительного вечера количество слухов о кондитерской возросло и, соответственно, жалоб – тоже. Блост дошёл уже до того, что попытался пожаловаться в Департамент торговли, высказав претензию, что своим участием в аукционе играю нечестно по отношению к конкурентам.
Хорошо, что там нашлись умные люди, поинтересовавшиеся, что же мешало другим владельцам кондитерских и пекарен поступить точно так же. Обо всём этом мне рассказала Мария, та самая официантка, которая одна из первых интересовалась возможностью устроиться ко мне на работу. В конце концов, она не просто уволилась одним днём, но и сделала это как только получила приглашение, потому что работать под началом истерящего так, словно я собственноручно придушила его горячо любимую матушку, стало совсем невыносимо.
На следующий же день Мария была принята на работу и получила от меня компенсацию за те неустойки, которые она была вынуждена выплатить из-за ухода от Блоста.
Следующей, с кем я подписала трудовой контракт, была Вилма. Вот тут как нельзя кстати пришла помощь от Майки, который порекомендовал одну из своих тётушек. Женщина с рождения имела дефект в виде сильно косящего глаза, и шансов устроиться на хорошо оплачиваемую работу не имела несмотря на своё трудолюбие и аккуратность.
Заведения поприличнее предпочитали нанимать миловидных девушек и женщин, а те, что попроще – не были лишены предрассудков насчёт сглаза и ведьмовства. Мне на это было абсолютно наплевать, так как качество уборки и та виртуозность, с которой она управлялась со швабрами, совками и тряпками привели меня в полнейший восторг. За дополнительную плату Вилма согласилась прибираться во флигеле, чем решила вопрос с наймом приходящей прислуги.
