Ему не понадобились лишние объяснения: так же как и я, он успел заметить на запястье девушки множество синяков разного срока давности.
В данном случае самым разумным было отвезти девушку во флигель. Если что, всегда смогу объяснить полиции и инквизиторам, что до него было намного ближе, а состояние вызывало подозрение в серьёзных травмах. Не знаю, кто так жестоко обошёлся с ней, но оставить в больнице или ограничиться просто приёмом у врача было недопустимо, на мой взгляд. В первом случае, если имело место домашнее насилие, её могли забрать родственники, не дав долечиться, ещё и поколотив за потерю работы, во втором – девушка вообще могла проигнорировать все рекомендации и наутро снова выйти на смену.
В ущерб своему же здоровью. Если виновен в побоях господин Блост, то тем более не стоило оставлять её без присмотра.
За всё время, что ехали до флигеля, девушка так и не пришла в себя, лишь тихонько постанывала, если карета чуть сильнее начинала покачиваться. Надо отдать Ларри должное: ехал он хоть и быстро, но достаточно аккуратно.
Как только движение прекратилось, мне даже не понадобилось его снова просить о помощи: дверца кареты распахнулась, являя кучера. На его немой вопрос я смогла лишь покачать головой. Ларри подхватил девушку с сиденья, а следом вылезла уже я.
– Следуйте за мной, Ларри. Только предупреждаю: будьте внимательны, внутри уже могут быть частично разобраны полы или ступени.
Мастер Хоуп мне говорил, что планирует поднять плиты, чтобы за ночь под ними всё просушилось.
До моей комнаты удалось добраться без приключений: рабочие всецело были заняты своей работой, доделывая то, что было запланировано на этот день. Только мастер Хоуп, увидев нас, быстро скрылся в кухне. В голове мелькнула мысль: хорошо было бы попросить Лилиану зайти, но останавливаться не решилась. Как только Ларри опустил девушку на кровать, я отдала ему ключ от задней калитки, чтобы, когда привезёт врача, не терял времени, стучась в главную дверь, ведь звонок был пока отключен.
Даже без применения плетения-диагноста было ясно, что бедняжке стало намного хуже, чем в последнюю нашу встречу.
Я расстегнула пуговицы почти до самой талии, чтобы дыхание девушки ничего не стесняло, но даже через обычную нательную сорочку увидела синеву на бледной коже. Да что же это за садист так над ней поизмывался?! С большой осторожностью, чтобы не потревожить старые травмы, начала раздевать несчастную, мысленно прося, чтобы Ларри вернулся с врачом как можно быстрее.
