Разумеется, я оказалась права, но от того, каким образом я об этому знала, хотелось расшибить лоб фейспалмом: Ренслир заявился к нам в пансион, еще больше испортив мою репутацию. Время было еще раннее, конечно, далеко до комендантского часа, но все равно. Разговаривать пришлось в прихожей при открытых дверях, чтобы кто чего не подумал. Но, хоть Ренслир несколько раз повторял про работу и помощь в расследовании, очевидно, что никто этому не поверил, тем более, что мы договорились о совместном походе завтра в парк.
Чуяло мое сердце, скоро придется подыскивать новое жилье, а денег лишних пока не было.
Впрочем, от участия в расследовании я решила не отказываться, несмотря на сложности. Я искренне жалела несчастную девушку, да и за своих подруг было страшновато — кто знает, на кого этот гад еще нападет.
Мы с Ренслиром договорились встретиться в десять утра прямо в парке, заезжать за мной я ему запретила. Каково же было мое удивление, когда у ворот зоны отдыха рядом со следователем я увидела незнакомого мужчину.
Нахмурившись, я подошла ближе. Мужчина выглядел необычно: на нем было черное пальто на пуговицах, настолько строгое, что напоминало какую-то форму, наверное, эффекту помогала и его выправка. Лицо его с левой стороны было покрыто ожогами, будто на него снизу слева плеснули какой-то раскаленной жидкостью, шрам растекался по щеке, поднимался к виску и задевал уголок губ, закрепив на них какую-то кривоватую полуухмылку.
Кроме того, он не мог стоять на месте, а постоянно чуть двигался: у его раз в минуту дергался вправо подбородок, а также мышцы вокруг правого глаза. Когда я опустила взгляд на его руки, то оказалось, что и левая рука тоже обезображена, и на ней не хватает части пальцев.
— Знакомься, Вероник, это Девид, мой бывший сослуживец.
— Брат Анны? — сообразила я, по-новому глядя на мужчину.
Тот нервно дернул подбородком:
— А вы, значит, с-сук-ккуб? — он еще и заикался.
Если бы дело происходило в моем мире, я бы решила, что это следствие контузии, но в этом мире черт знает что это может быть, например, влияние какого-то заклинание.
— А я, значит, помогаю расследованию, — несмотря на жалость, я не могла позволить с собой так разговаривать. Оглядевшись, кивнула сама себе: — я сейчас зайду за кусты и сменю внешний вид, потом пойду гулять в парк. Вы следуйте за мной на расстоянии, будто я гуляю одна.
