— Опаснее, если эти подонки останутся на свободе, нам ведь не нужны еще жертвы, — мотнула головой я, возвращаясь к привычному образу.
Глава 17
После встречи с жертвой мне определенно нужно было посидеть на свежем воздухе, и мы вышли в больничный парк, где я плюхнулась на покрытую осенними листьями скамейку, глубоко вдыхая запах прелой листвы и мокрой земли. Небо было сегодня довольно чистым, только легкие белые облака периодически прикрывали завесой холодное осеннее солнце.
— С чего вы вообще взяли, что я могу вам помочь? — наконец, отдышавшись, спросила я и внимательно уставилась на следователя Ренслира.
— И почему именно я?
Он нервно побарабанил пальцами по колену, а потом медленно произнес:
— У меня был опыт… работы с привлечением вам подобных.
— То есть вы уже использовали силу суккуба в расследовании? Тогда почему не позвали ее снова? — я сказала и осеклась, поджав губы, потому что в моих словах послышалась какая-то глупая ревность.
Ренслир бросил на меня какой-то оценивающий взгляд, но быстро отвел глаза и задумчиво рассказал:
— Это был инкуб.
Он помог мне в одном деле. В самой начале моей карьеры мне пришлось искать мошенника: брачного афериста, альфонса. Он втирался в доверие к женщинам и обворовывал их до нитки.
— Но вы ведь маг и работаете в отделе магических правонарушений, — удивилась я тому, что его поставили на дело о простом мошеннике.
— Он умудрился разозлить очень многих важных людей, — вздохнул Ренслир. — Но его внешность оставалась неизвестной — он использовал театральный грим и все время представал в новом амплуа.
Настоящий театральный актер, он умел запудрить женщинам мозги и не оставить следов, легко превращался из жгучего брюнета в яркого блондина или рыжего, а потом вдруг полностью менял свою внешность и буквально растворялся в толпе. Даже подозревали, что он инкуб, но нет, он был обычным человеком. Актером. Инкуб сумел почувствовать на жертвах его энергию и опознать. Однако, для суда этого было мало, пришлось долго следить за субъектом, собирать доказательства и дождаться, пока он не провернет свое новое дело до конца.
Его жертва до последнего не верила, что он может с ней так обойтись.
Я вздохнула, поминая недобрым словом доверчивость женщин.
— А почему я? — повторила второй свой вопрос. — Вы ведь наверняка знаете многих более… опытных суккубов, — вспомнилась дама, которая сопровождает на работу одного из наших начальников.
