— Защита активируется, когда кто-то есть в комнате, автоматически, — кивнул тот. — Она настроена на меня лично. Иногда… иногда я не хотел, чтобы матушка меня тревожила.
— А теперь расскажи подробнее, как эта… женщина сохраняла свою память и разум? — поинтересовался Ренслир.
— И почему она делает это не постоянно? — добавила я.
— Это заклинание слишком энергозатратное… и его нельзя использовать слишком долго, иначе процессы деградации мозга ускорятся, тот просто не выдержит нагрузки.
Матушка активирует артефакт только во время работы над проектами. Воспоминания загружены в ее жемчужный браслет.
— «Слишком энергозатратно»? — возмутился Ренслир, — у вас весь дом нашпигован артефактами, а служат только големы, вы за день тратите больше магической энергии, чем средний город! Откуда вы брали столько сил?
— Я не знаю, — вдохнул Мэтью.
— Что за бред? Ты же артефактор, ты знаешь, сколько сил тратится на поддержание таких сложных артефактов! Ты не мог не понимать!
— Я никогда об этом не задумывался… просто… — Мэтью как-то странно дернулся, будто в нервном тике.
Ренслир неожиданно нахмурился, заставил его запрокинуть голову, подняв веки, заглянул в глаза, в рот, ощупал всю голову, а потом тихо выругался.
— Что? — не поняла я.
— Кажется, леди Лерой свихнулась больше, чем мы могли даже предположить, — тихо произнес Ренслир и указал взглядом. Подойдя ближе, я увидела на затылке у Мэтью между прядями волос торчащий металлический элемент.
Присмотревшись, я поняла, что это что-то вроде пирсинга или гвоздика, закрепленного под кожей. — Она контролировала поведение сына с помощью запрещенного артефакта, а, когда ты оборвала его энергетические связи, то и артефакт был отрезан от управленческих контуров. Подобная магия запрещена уже сотни лет, ее запретили вместе с призывом демонов. К тому же, насколько мне известно, когда-то эти заклинания делали из людей тупых исполнителей вроде големов, не способных ни на какие самостоятельные решения.
Но леди Лерой, как всегда, усовершенствовала разработки, сохранив разум сыну.
— Этого не может быть! Это неправда! Прекратите! — взвился Мэтью, закрутил головой, пытаясь вырваться, он был явно в панике.
Ренслир спокойно отступил, но заметил для меня:
— Едва мать восстановит управленческие контуры, он станет ее оружием у нас в тылу.
