– Кабанова Наталья Павловна здесь проживает?
– Нет, – напряженно ответил ребенок, – моя дочь умерла весной этого года. Кто вы? И зачем вам Туся?
Тут только я поняла, что вижу перед собой не тщедушного подростка, а пожилую высохшую женщину, одетую отчего-то в джинсы и клетчатую мальчиковую рубашечку.
– Зачем вам Наташа? – настаивала мать.
– Она ведь в представительстве «Филипс» работала? Тут, рядом, на Покровке…
– Да, – осторожно подтвердила женщина.
– Простите, как вас зовут?
– Раиса Андреевна.
– Уважаемая Раиса Андреевна, мы выписали вам, как матери погибшей сотрудницы, небольшую материальную помощь, 200 долларов, – сообщила я, – может быть, разрешите пройти в комнату, чтобы передать деньги?
– Идите, – довольно равнодушно бросила тетка, – вот сюда, в большую.
"
"Сев на весьма потертый стул, я вынула из сумочки две зелененькие бумажки, положила их на стол, подняла голову и невольно ахнула.
Прямо перед моими глазами стояли полки, плотно забитые книгами. На одной, прислоненная к томам Вальтера Скотта, таким толстеньким, в розовых переплетах, стояла в траурной черной ленте фотография… Лены Артюхиной.
– Кто это? – весьма бесцеремонно спросила я, указывая на снимок.
– Вы не узнали Наташу? – удивилась Раиса Андреевна. – Как же так, а говорите, что с работы пришли…
Лихорадочно пытаясь справиться с расползающимися мыслями, я пробормотала:
– Мы были незнакомы, я пришла в «Филипс» всего неделю назад. А когда погибла ваша дочь? Летом, да? В августе?
– Нет, – тяжело вздохнула Раиса Андреевна, – в марте, двадцать девятого числа.
Даже и не знаю, как я пережила этот день. Господи, а все деньги проклятые, из-за них и погибла.
– Какие деньги? – насторожилась я. – Наследство?
Неожиданно Раиса Андреевна улыбнулась:
– Ну что вы, какое наследство! У нас богатых родственников нет, всю жизнь перебиваемся. Единственное, что я сумела, так это дать детям образование. Наточка иняз окончила, а Сережа, сын мой, МИФИ. Только толку что? Натуся еле-еле переводчицей устроилась, а Сереженька теперь на рынке конфетами торгует, жить-то надо! Дети у него, двое, кушать хотят!
– А у Наташи были дети?
– Нет, – покачала головой Раиса Андреевна, – она и замужем-то не побывала.
Так, случались кавалеры, но под венец не успела! А все деньги проклятые!
– При чем же здесь деньги?
Раиса Андреевна зябко поежилась, взяла с кресла большой платок, закуталась в него и горестно вздохнула:
– А при том, что Нате всегда страшно хотелось быть богатой.
И она начала рассказывать.
