Следователи у нас сидят в другом крыле, там следственный комитет. Вы сами не найдете, подходите сюда же, к дежурному, попросите меня вызвать, я вас провожу. Всего вам доброго. Пойдемте, я провожу вас к выходу.
– Да я не потеряюсь!
– Так положено, – строго проговорил майор Егоров. – Это войти к нам легко, а вот выйти… А вдруг вы подозреваемый, который решил сбежать? Тут надо или иметь подписанный пропуск, или уж лично…
У двери он обернулся и бросил Насте:
– Посиди, я сейчас.
Вернулся он минут через десять, запыхавшийся.
– Пошли ко мне в кабинет, там сейчас никого, ребята разбежались в поле. Чемодан я уже перетащил.
Файл и листы с распечатками остались на столе."
"В своем кабинете Егоров первым делом включил чайник, собрал грязные чашки и понес их в туалет мыть. Настя почувствовала, что волнуется: сейчас начнется разбор полетов. И майор Егоров, старший оперуполномоченный убойного отдела, будет, конечно же, прав. Она не должна была вмешиваться. Не должна была влезать. Это не ее дело. И это не ее отдел.
И не ее город. Ну что ж, она извинится, покается. Не в первый раз.
Когда чай был готов, Егоров поставил перед Настей чашку, уселся за свой стол, откинулся на спинку стула, закинул ногу на ногу и требовательно посмотрел на нее.
– Я жду, – злым голосом проговорил он. – Быстро объясни мне, что происходит. Ключ от допросной я пока в дежурку не возвращал. Если сочту нужным – позвоню экспертам, попрошу все сделать по-быстрому, пусть они сами забирают. Ну?
Настя набрала в легкие побольше воздуха.
– Витя, я уверена, что Загребельный – подстава. Он не владелец этого чемодана.
– Да я понял уже, что ты так подумала. И почему?
– Потому что…
Она запнулась, не зная, с чего начать. Со странного ощущения, которое у нее появилось, когда она держала в руках паспорт потерпевшего? С ее наблюдений за Загребельным? С выводов, к которым пришла, когда полночи сидела за компьютером в своем номере? Со странной находки – старого фантика от конфеты «Березовая роща»?
– Ты можешь себе представить, чтобы у человека, покупающего себе такие дорогие вещи, не было загранпаспорта? – спросила она.
– А его нет?
– Его нет. Отметки о выдаче загранпаспортов ставятся на последней странице российского паспорта. Я посмотрела специально: там девственно чисто. А паспорт давний, выдан больше десяти лет назад. Если бы он все эти годы отбывал срок, то паспорт был бы более новым. То есть он, может, и сидел когда-то, но явно не в последние десять-пятнадцать лет.
