– Алексея Аркадьевича…
Видя, что Толик продолжает смотреть все с тем же непониманием, Нюся добавила с легкой досадой:
– Гольцова.
Ее гость поперхнулся и облился чаем. Со стуком отставил чашку на стол, кинулся стряхивать пролитый кипяток с обтянутых джинсами коленей, посмотрел с укором. Мол, видишь, что ты наделала?
– Да я его вообще уже сто лет не видел, ты чего? Зачем он мне сдался?
– Ты же тоже в кружок ходил! – Нюся вдруг возмутилась так сильно, что у нее даже уши запылали. – И тебе было со стариком интересно.
Я же видела.
– Ну, было, и что? Он потом от нас сбежал и забыл. И почему тогда мы про него помнить должны?
– Наверное, не должны. Но я почему-то чувствую себя полной свиньей, что бросила его на произвол судьбы. Он же одинокий совсем был. Наверное, радовался бы, если бы мы его проведывали.
– Ага. Радовался. Ты вспомни, как он нас тогда чуть с лестницы не спустил.
– Ну и что? Просто у него было такое настроение. Нам бы в другой раз прийти.
– Ой, Нюся, и что ты все сочиняешь.
– Толь, я все думаю, зачем этот маньяк выпускает кровь из тел.
Толик снова поперхнулся:
– Слушай, тебе точно лекций по уголовному праву не хватает. Чего тебя на ночь глядя на ужасы потянуло? Тебе больше думать не о чем?
– Нет, я серьезно.
Он немного помолчал.
– Слушай, Нюсь, помнишь, мы с тобой где-то полгода назад читали про одну англичанку, которой нужна мужская кровь, потому что у нее какое-то редкое заболевание и без этой крови она не может жить? Я еще предположил, что она вампирша.
– Помню, – согласилась Нюся.
– Я тогда прочитала тебе эту новость из интернета, ты сказал, что она вампирша, а оказалось, что нет. Из крови делают какую-то сыворотку, которую она капала в глаза, а без этого могла ослепнуть. И что?
– Вот! А вдруг кто-то убивает людей, потому что ему нужна кровь для такой сыворотки. Причем именно мужская, потому что в ней больше железа. У мужчин гемоглобин выше. Мужчины вообще – высшие существа. – Толик засмеялся. – Это и без интернета понятно.
– Да ну тебя… Но в целом вдруг ты и прав.
Знаешь, тут в нашей округе живет одна женщина, ужасно неприятная… У нее что-то с глазами. Они красные, как у кролика, и сухие такие. Просто жуть. В общем, той ночью, когда мы с Тобиком труп нашли, я ее видела. Она шла по улице, как раз с той стороны, понимаешь. А в руках у нее был бидон. И я сейчас подумала: вдруг она в нем несла слитую кровь, чтобы лекарство себе сделать? Как у той англичанки.
Толик смотрел на Нюсю во все глаза. Как будто видел впервые.
