О чем и сообщила, указав конкретный адрес, куда эта дылда может идти:
— В баню, говорю, иди, Весельников, а? Не порть мне карму своим присутствием.
— Эй, а ты не оборзела ли часом, Воронова? Забыла, с кем разговариваешь, что ли?!
— Тьфу ты, да откуда ж вы беретесь, на мою-то голову… — обернувшись, я остановилась возле крыльца и уперла руки в бока, недовольно уставившись на эту двухметровую вышку.
Рыжий как таракан, худой, как моя зарплата в придорожном кафе и такой же красивый, как мое отражение после трех бессонных ночей в объятиях двух курсовиков и одного диплома, Илюха Весельников, собственной неповторимой персоной.
Несостоявшееся светило ядерной физики пыхтело, сопело и явно пыталось запугать меня своим грозным видом.
Веснушки во, глазища во, ресницы во… А в голове-то ничего. Так, барахтаются знания о законе всемирного тяготения, да уважение к Гагарину с Ньютоном. Потому как один попытался смыться с этой планеты, а второй доказал, что ничего у него не получится.
И я бы обязательно испугалась всего такого грозного студента Весельникова…
Но не сегодня, не сегодня."
"— Весельников, краса ты моя ненаглядная, звезда ядерной физики не восходящая… Я не оборзела. Я не выспалась, пострадала морально, материально и физически, а еще обзавелась такими проблемами, которые тебе и не снились. Так что будь лаской, не нервируй меня… — глубоко вздохнув, я мило улыбнулась, громким шепотом рявкнув на опешившего от такой отповеди парня. — И иди ты уже в баню! Или тебе карту нарисовать, да денег на экскурсовода выдать?!
И не дожидаясь ответа, развернулась, продолжив путь через терния к знаниям.
В смысле, пробираться через бесконечный поток студентов, спешивших на первые пары. На растерянное выражение лица физика я внимания не обратила, пропустив мимо ушей его беспомощное восклицание:
— Я ж только это… Помочь с выступлением хотел…
— Тю, Весельников, нашел, кому помогать! Это ж Каркуша!..
Желание поинтересоваться, как связаны эти два явления, пришлось давить в себе усилием воли.
Уж больно не хотелось попасть под раздачу сурового преподавателя по менеджменту, уважаемой Анжелики Рудольфовны Волковой. Мадам среднего возраста, крепкого телосложения, с лицом, похожим на морду английского бульдога имела точно такую же хватку и не менее противный характер. За опоздание на ее предмет вполне можно огрести внеочередной реферат, курсовик или еще какую-то крайне интересную работу.