То чего я боялся настолько, что от одной мысли меня бросало в холодный пот.
Я едва мог заставить себя соображать ясно, когда хотелось перекинуться во вторую ипостась и сжечь все вокруг, чтобы найти ее среди обломков — и никогда больше от себя не отпускать. Но мне нужно было мыслить ясно. Ради Лори.
Алан вздохнул и потянулся к пуговицам пиджака. Ругнувшись, опустил руку.
— Ты можешь сказать, где она? — спросил он.
Я прислушался к брачной связи. Она ощущалась как натянутый между мной и Лори канат, но сейчас была как будто приглушенной.
Как будто ее что-то сдерживало.
Другой артефакт? Скорее всего. Я не думал, что такие существуют, но я вообще ничего не смыслил в артефакторике, всегда полагался на знания дяди Кевина, который ворчал, что драконы слишком рассчитывают на свою силу и не хотят работать головой.
Руки сжались в кулаки.
— Да, могу.
Алан кивнул.
— Хорошо. Послушай, даже если Лори у него…
— У кого? — вклинился Бэкон, подходя ближе. — Что происходит? Вы что-то знаете? На них напал кто-то из адептов? Этот их третий, Бенни…
— Денни, — поправил я.
Бесполезный и спесивый идиот, который уверен, что все ему должны.
— Денни, — повторил Бэкон. — Тоже пропал. Я слышал, как кучка девушек обсуждали, что нужно убрать с дороги “эту замарашку” — могу назвать их по именам. Они что-то сделали? Вы знаете, где Селия? Она где-то с Лори?
Сейчас Бэкон, как и когда был раздражающим пятнадцатилетним подростком и занозой в заднице, начал тараторить от волнения.
Мы с Аланом переглянулись.
Значит, этот их Денни тоже пропал. Как и Селия — случайно попался под руку? Или нет?
— Назовешь. Всех по именам, я запишу. Но это потом. — Я перевел взгляд на Алана. — Ему нужна приманка, — озвучил я очевидное. — Чтобы сделать то, что он хочет. Положение небесных тел сейчас неподходящее, верно? Так сказали твои заморские артефакторы? У нас есть время до полуночи?
— До двадцати трех сорока пяти, — педантично поправил Алан. — Но… Кайден. Ты же понимаешь. Даже если Лори у него…
— Это не Лори у него, — мрачно поправил я.
— Это он сам у Лори. Видишь ли, Алан. Он кое-чего не знает.
Алан нахмурился, и я почувствовал, что губы у меня растягиваются в мрачной ухмылке.
Он кое-что очень важное не знает.
А я знаю.
И Лори теперь тоже знает.
— Почему это ты вдруг заулыбался? — насторожился Алан.
— Потому что большой вопрос, кого из них стоит спасать, — ответил я.
И вдруг почувствовал, как будто меня ударили в спину. Я пошатнулся, в глазах потемнело.
