Всех, кроме Бэкона, которому на тот момент только-только стукнуло пятнадцать и который никак не желал отправляться в укрытие.
Потому я узнал, что отец Бэкона, престарелый маразматик с замашками садиста, помешанный на превосходстве крови драконов и на чести рода, отправил единственного сына на передовую.
По закону, никто не мог запретить дракону, даже несовершеннолетнему, защищать королевство, так что Алану пришлось согласиться с таким раскладом. Максимум, что он мог сделать — держать это недоразумение под присмотром, то есть — в нашем отряде.
Под моим непосредственным командованием и под моей ответственностью.
И Бэкон был форменной. Занозой. В моей. Заднице. Хуже, чем сумрачные твари.
Например, один раз он чуть не убился, когда бросился между мной и голодной тварью, которая едва не оторвала мне крыло нитями-щупальцами.
Так что крыло почти оторвали Бэкону-идиоту.
“Твое место, — орал я на него после этого, — сидеть в засаде! И не высовываться! Не. Лезть. Никуда!”
“Они бы тебя убили!”
Вот идиот.
А если бы его, такого мелкого, убили — я бы как потом жил?
Я был старше совсем не намного, но — намного сильнее, особенно когда стал совершеннолетним и смог впитать силу рода целиком. Так что за Бэкона чувствовал ответственность. А он всячески испытывал мое терпение.
Сейчас, видимо, решил заняться тем же.
— Она сумасшедшая, — поморщился Бэкон. — Вообще не понимаю, почему ее здесь держат. Ей место в психушке. Она опасна!
Перед глазами у меня потемнело.
Бэкон был одним из первых, кто примчался ко мне, когда я вышел из стазиса, — я был рад его видеть.
И до этого момента я думал, что он не сможет меня разозлить.
Но он смог.
— Соображай. Что. Несешь, — рявкнул я.
В этот момент мимо прошла катастрофа с Селией, обе посмотрели на Бэкона так, как будто хотели убить. Я смутно припомнил, что в первый день, когда катастрофа едва не взорвала холл, в этом тоже был замешан Бэкон.
Перед глазами от злости все слегка покраснело.
У меня появлялись серьезные сомнения в собственной адекватности, когда речь заходила про катастрофу.
Может, это действие артефакта?
— Как будто это непра…
— Иди сюда.
Я взял его за шкирку, как старые добрые времена, и потащил подальше от двери столовой, куда-нибудь, где не будет так много лишних ушей. О, вот этот тихий отросток коридора подойдет.
— Давай, — поторопил я, встряхивая это несчастье. — Говори, что хотел."
"Бэкон молчал, глядя на меня исподлобья.
— Ну?
— Про вас все… болтают! — вспыхнул он.
