— Почему же?
Может, я не против того, чтобы катастрофа родила мне парочку катастрофических детей. Правда, для этого нам неплохо бы дойти до постели, потому что пока у нас там сплошное “ой”.
— Я предупреждала тебя, Кайден: простолюдинки не умеют играть по нашим правилам. Потому с ними не стоит играть на равных. Ими нужно просто… просто пользоваться. Но ты, кажется, не понимаешь, что делаешь. Ты подумал, что будет после того, как тебе надоест с ней возится? Как обидно ей будет снова стать… никем?
В этот момент Лори обернулась и вопросительно уставилась мне в глаза.
Почувствовала что-то?
Например, то, что я очень хочу оторвать кое-кому голову?
Я кивнул и снова перевел взгляд на сладко улыбающуюся Викторию.
— Ты можешь выбрать любую, Кайден. Каждая девушка в королевстве будет рада твоему вниманию. А можешь… — Она положила когтистую ладонь мне на плечо и потянулась губами к моему уху, шепча: — Со мной сможешь не выбирать.
Виктория одарила меня очередным дружелюбным и игривым — как ей казалось — взглядом, а затем пошла вперед, виляя бедрами так, что чересчур короткая клетчатая юбка показывала мне чересчур много.
— Подумай, стоит ли размениваться на всякий… мусор. Когда рядом кое-что поинтереснее. Хорошего дня, Гринс! Прическа у тебя сегодня — просто блеск!
Лори, которая успела утром только собрать волосы в огромный пучок и крайне из-за этого переживала, тут же залилась краской.
Проводив Викторию глазами, я посмотрел вперед и тут же поймал взгляд этого Денни.
От него буквально фонило темнотой — даже для некроманта слишком сильно. И смотрел он на меня так, как будто мечтал где-нибудь закопать, а потом раскопать, оживить и снова закопать.
Кивнув ему, я подошел к катастрофе.
— Лори, можно тебя на минутку?
Иррационально хотелось отвести ее подальше — от этого Денни. Пока я не думал, чем вызвано такое желание. Он же не может быть в самом деле опасным? Но чем-то таким от него тянуло… Вся моя интуиция, которая обострилась за время охоты на сумрачных тварей, сейчас заставила меня подобраться и утащить катастрофу в сторону.
“Разбивай сердце бедняжке как-нибудь поделикатнее”.
Я поморщился.
Что эта дура вбила себе в голову? Гринс — ужасная заноза в заднице и неоднократно говорила, что терпеть меня не может. Какое уж тут разбитое сердце.
— Грей, — улыбнулась Лори, и меня окатило теплой волной ее эмоций.
Чтоб его.
