— Ни минуты свободной!
Про себя я хмыкнул: знал, что так будет, еще до того, как постучал в дверь кабинета ректора.
Посчитав, что справился с моим “саморазрушительным поведением”, Алан решил взять грифона за шкирку, пойти дальше и тут же, не теряя времени, наставить меня на путь истинный: вернуть в политику.
Как глава дома Греев, я имел множество связанных с этим обязанностей. С удовольствием передал бы их кому-то — но увы. Только если глава рода погибает, не оставив ни одного наследника, его обязанности могут перейти к другому роду, так называемому “роду второй очереди”.
Я множество раз говорил Алану, что он, как кронпринц, мог бы педалировать изменение этих дурацких правил, а Алан убеждал меня, что я безалаберно отношусь к своим обязанностям и не ценю ту власть, которую держу в руках.
Возможно.
Но войти в совет — значило окончательно признать, что мои отец и брат погибли.
К такому я пока не был готов и выбирал старый добрый способ игнорирования проблем.
Дядя Кевин тоже ничего не смог сказать об артефакте.
Он надел монокль, нахмурился так, что на невозмутимом обычно лице проступили разом все морщины. Повертел кругляш в руках.
— Не имею понятия, — наконец сказал он. — Вообще не уверен, что это артефакт.
— Но здесь же написаны формулы. — Я ткнул пальцем в длинную взять расчетов, сделанную на каком-то непонятном языке. — Вот тут — похоже на радиус действия.
Дядя Кевин прищурился."
"— Это еще не делает кусок металла артефактом, и уж тем более — не делает его работающим артефактом.
Я пока вообще не вижу, на что он может быть направлен. Может, это чья-то нерабочая заготовка, может — что-то более серьезное. Магии я здесь не чувствую.
Я кивнул. Я тоже ничего не чувствовал. Но существовали артефакты разового действия, которые после единственной активации превращались в бесполезный кусок металла или дерева.
— А что ты можешь сказать об этом? — я показал дяде Кевину портальный артефакт, который одолжил у Гринс.
— Мне рассказать тебе о портальных артефактах? — выгнул бровь дядя Кевин.
Я закатил глаза.
Однажды он не язвил целых десять минут и мир перевернулся.
Отец считал, что дурным характером и впечатляющей карьерой артефактора дядя Кевин компенсировал то, что как маг он исключительно слаб. Мой брат считал, что отец слишком много внимания уделяет магическому потенциалу, а мир — давно изменился, и сейчас это уже не главное. Я обычно уходил из комнаты во время их занудных дискуссий.
— Конкретно об этом.
