— … А я такой, главное, ничего не понял… — гоготал товарищ полковник. — Перебираюсь такой с места на место. Думаю, никто не видит, а мне в харю — хуяк! — и снежный ком прилетел, а потом по почкам приклад, как в девяностые.
Все собравшиеся снова рассмеялись, а я в очередной раз была готова провалиться под заснеженную землю. Лишь Михаил Захарович не поддался общей веселой истерии и курил на краю беседки, глядя на меня с легким из-за дыма прищуром и едва заметной улыбкой.
— Простите, пожалуйста, еще раз. Я очень сильно вжилась в роль.
И за снежок в лицо тоже простите. В фильмах бросают песок или землю в глаза, чтобы на время ослепить, а у меня под рукой был только снег. Да и вы так опасно проползали мимо нас.
— Проползал? — хохотнула насмешливо женщина, которая, как я уже успела понять, была женой полковника. — Он, наверное, просто поскользнулся, да лежал и барахтался там как черепаха. Ждал, когда поднимут…
— Анка! — нарочито строго потряс указательным пальцем полковник, пока все остальные пытались спрятать улыбочки.
Не скрывалась только его жена, которой укор мужа оказался в сладость.
— В какой школе ты, говоришь, преподаешь? — поинтересовалась у меня «Анка».
— В первой. Биологию, — ответить, глядя в лицо женщине, не получилось. Меня отвлек подошедший Михаил Захарович, который решил подлить мне сок в опустевший пластиковый стаканчик, что я теребила уже несколько минут, стесняясь попросить добавки, так как не скидывалась на всё, что было на столе и под ним. — Спасибо.
— Угу, — бросил мужчина и вновь отошёл к углу беседки, продолжив курить.
— Надо сказать детям, чтобы внука отдавали в первую школу. С такими боевыми учителями не страшно оставлять детей.
— Думаешь, у каждой училки в столе по пневмату? — разливал полковник по рюмкам алкоголь. — Камаз, выпей с нами. После такого знакомства с твоей можно и накатить. Всё равно же останетесь с Мариной с ночевкой в домике. Для всех же арендовали.
С ночевкой в домике?!
Перевела испуганный взгляд на Михаила Захаровича.
Я не подписывалась ни на какие ночевки, ни в каком домике.
— Мы без ночевки, — озвучил Михаил Захарович мои настойчивые мысли, отчего я выдохнула с облегчением. — Я обещал Тёмке сегодня вечером каток. Так что нам скоро выезжать.
— Как ты, кстати, с Тёмкой нормально ладишь? — вдруг обратилась ко мне «Анка»."
"Пришлось умолчать, что ее вопрос достаточно бестактен. И почему я должна выделять именно Тёму?
— Как и со всеми детьми, — ответил я обтекаемо.
