Ты всегда отличался сдержанностью и даже холодностью, а какая-то дерзкая выскочка мгновенно вывела меня из строя. И запах этот…
Вытерся полотенцем, снова оделся и покинул ванную. Виола уже сидела на кухне в ожидании завтрака. На обеденный стол она как бы невзначай выложила расческу и несколько заколок и резинок для волос.
И ты можешь сколько угодно быть страшным и ужасным адвокатом и садистом-преподом, но когда у тебя есть очаровательная младшая сестра, ты просто обязан уметь заплетать косички.
— Ты уроки сделала? — строго поинтересовался я и взял расческу.
— Сделала. Можешь не проверять, там все правильно, — махнула ручкой Виола и покорно наклонила голову, позволяя себя расчесать.
Я быстро заплел ей одну косичку и закинул ей на плечо:
— Готово.
— А завтрак?
Не завидую я ее будущему мужу, Виола из него будет веревки вить и шнурки из них себе сделает.
Я потер лицо ладонями, быстро пожарил четыре яйца, накормил себя и «потомка льва» и отправился в спальню, чтобы переодеться.
— Посуда с тебя, мартышка! — строго напомнил я.
— Ладно, — легко согласилась малышка, поглядывая на посудомоечную машину.
Я надел костюм, взял сумку с ноутбуком и мотнул головой к выходу:
— Пошли, в школу опоздаешь.
Виола покорно встала, подняла с пола свой рюкзак и протянула мне.
— Ты же джентльмен, — напомнила она, — а рюкзак тяжелый.
— А в школе кто твой рюкзак носит? — заинтересовался я.
— По-разному. Елисей иногда, иногда Миша, а когда они оба на больничном, то Матвей.
— А ты им что взамен? — подозрительно уточнил я, надевая обувь.
— Позволяю сидеть со мной в столовой на обеде, — с достоинством ответила мне мартышка, — и покупать мне булочки после уроков.
А мне нравится ее подход! Определенно нравится!
— Пошли, — поторопил я.
Подхватил с полки свою сумку, рюкзак Виолы и вышел из дома. Вызвал лифт и пока ждал, что он приедет, снова уловил знакомый аромат, который ознаменовался мгновенной вспышкой раздражения.
— Пошли пешком, — предложил я Виоле и первый прошел к лестнице.
Вопросом «зачем?» я не задавался, потому что мыслей в голове вообще не было. Спустился на первый этаж, покосился на дверь блондинки — приятельницы Синицыной, — никого не обнаружил и облегченно выдохнул.
Отвез Виолу в частную школу, где год обучения стоил как крыло самолета, и развернул тачку в направлении института, стараясь не думать, что вторая пара — у третьего курса.
До альма-матер оставался один перекресток, когда я заметил Сашу, идущую на работу пешком.
