Припарковался во дворе, лениво вышел из машины, вошел в подъезд и услышал девчачьи голоса. Один из которых сразу же взбесил.
— Да он хуже, чем бубонная чума, сибирская язва и глист Аркадий! Срочно выздоравливай, а мне надо эссе для «уголовника» написать, а то у него сегодня такой победный вид был, словно он в одиночку захватил месторождение картофеля!
Я не стал ждать лифта и решил подняться пешком. Девчонка, которая выводила меня из себя, стояла на лестничной клетке и болтала с блондинкой, которой явно нездоровилось.
— Синицына, — не упустил я возможности сыронизировать, стоя за спиной девчонки.
Ее плечи напряглись, дернулись, а девушка, кажется, окаменела. Нужно будет узнать, как ее зовут.
Синицына ме-е-едленно повернулась, встречаясь со мной взглядом, который говорил больше слов. И без того огромные глаза округлились, став похожими на глубокие омуты, а я склонил голову вбок и язвительно заметил:
— Интересные у вас знакомые, Синицына. Глист Аркадий — это ваш любимый домашний питомец?
Обе девчонки приоткрыли рты, но меня волновала та, у которой язык работал быстрее мысли.
— Да. Познакомить? — мило улыбнулась Синицына.
— Полина, это кто? — опасливо уточнила у нее блондинка."
"Она Полина. Это была единственная мысль, которая проникла через острый приступ раздражения, когда запах ее духов защекотал ноздри.
— Я так понимаю — захватчик месторождения картофеля, — ответил я блондинке вместо стоящей столбом Полины.
Синицына побледнела, а я с удовольствием продолжил:
— Пойду проверю, не отвоевали ли его обратно.
Хорошего вечера, Полина.
Никогда мне не нравилось имя Полина, но я зачем-то выделил его интонацией, но, кажется, перегнул, потому что Синицына вздрогнула и нахмурила брови.
— И вам, Руслан Евгеньевич, того же, туда же, — елейно пропела девчонка.
Мне определенно нужно в зал! Срочно!
Глава 5
Полина
— Соня, проснись, — я мягко потрясла соседку по комнате и мою новую подругу за плечо.
Соня засопела, сморщила веснушчатый нос и перевернулась на другой бок.
Мы с Мариной уже успели понять, что просыпаться рано утром Соня не любила, а после пробуждения еще минут тридцать могла свободно генерировать идеи «как убить кого-нибудь по дороге на занятия и не получить за это наказание». И ни разу не повториться.
— Сонь! — снова позвала я.
— Какой сейчас год? — сонно пролепетала Софа.
— Ужасный, — посетовала я.
— Кто вождь? — приоткрывая один глаз, спросила у меня рыжая бестия.
