Кто же тогда мне полагается? Сам король? Он вроде женат, и королева уже беременна, говорят. Но разве в этом мире можно быть в чем-то уверенной полностью? Только в том, что лично я замуж без любви и доверия не пойду даже за самого главного бога, не то что там короля или герцога. И плевать, что тут у них принято.
— Мне понравилась ее решительность и умение принимать решение в сложных ситуациях, — ответила я.
— Эх, жаль, что я все пропустил! — вздохнул Борс. — Кстати, Джоан с факультета высших меня вовсе не бортанула, потому что никогда не была моей девушкой, ясно?
Он строго посмотрел на брата, а Ван расплылся в похабной ухмылочке.
— Ага-ага! Никогда… Ах, Джан! Она такая милая, такая нежная, с такими, словно сотканными из крошечных песчинок крыльями!..
Один Йари передразнил другого. Вышло так потешно, что мы невольно все рассмеялись.
— Она и правда неплохая девчонка, — немного смутился Борс. — И со стражем из патруля не встречается. Тот сам за ней ухлестывает, а сегодня именно он приволок к целителям Лютоя.
Кстати, ее хахаль рассказал, что весь патруль полночи гонялся за каким-то юным стражем, который пытался проникнуть в сокровищницу первородных, но ему удалось всех провести и скрыться. Не знаете, кто это был?
Все снова посмотрели на меня, а я переспросила:
— Не проник, а пытался проникнуть?
И да, от ответа на этот простой вопрос зависело многое. Лютой оставался внутри, хоть и почти у выхода. Либо он выполз сам, и двери закрылись. Либо его кто-то вынес.
— Так и сказал! — повторил Борс. — Сокровищница была заперта, а тело Лютоя лежало на площадке. Видимых повреждений на теле адепта не обнаружили, парень дышал, и приняли решение перенести его к целителям. А вот его напарнику по ночной вылазке удалось сбежать.
— Кстати, Инни, расскажешь, как ему это удалось? — хохотнул Ван.
— Я бы тоже послушал, — поддержал Еджайд."
"Пришлось рассказать и про световые шары, и про балкон. Умолчала я только о Лесаре. Почему-то шестое чувство подсказывало, что именно он вынес Лютоя из сокровищницы и позволил дверям закрыться.
Почему он это сделал? Если бы узнали, что кто-то побывал в башне, искали бы тщательнее. Инцидент точно не списали бы на шалости юных. Почему, зная, что я причастна, не сдал, а пришел ко мне? Может, стоило его все же выслушать?
Стоило. Это я и без интуиции знала. Проблема заключалась не в нем, а во мне. Не с Лесаром я боролась, а со своими чувствами к нему.
