Он точно не откажет, а о его чувствах и о том, правда ли, что он караулил под нашими окнами и ехал за мной специально, чтобы встретиться, я буду думать потом!
Главное, что Вит точно поможет! И с Геннадием справится! И…
И, черт, сразу же брать билет на самолет. В Австрию. Заняться его галереей. Там меня Марк никогда не найдет! И я больше его вообще никогда не увижу, если мне повезет!
Даже картины перелета, схватки Вита с Геннадием и самой Австрии проносятся перед глазами.
Но…
На меня накатывает дикая слабость.
Бросает в ледяной пот. Желудок скручивает и весь ужин начинает проситься наружу!
Прислоняются к стенке, стараясь не сползти по ней прямо вниз. На пол.
Дышу. Дышу, черт возьми, потому что сейчас я должна думать не об этом предателе, а о ребенке!
Несколько минут, и наконец темнота перед глазами отступает. Протираю лицо руками. Они все еще дрожат, но теперь я хотя бы могу держаться на ногах.
Но…
То, что я делаю, это просто настоящее безумие!
Вместо того, чтобы просто сбежать отсюда без оглядки, я иду вперед.
Что я хочу увидеть? Марка в постели с очередной «ничего не значащей» для него девкой? Так мотыльки летят на огонь. Хотя… Быть может, так мне станет легче все обрубить, если я и правда это увижу!
— Марк? Дорогой? Это ты?
Из спальни слышна какая-то возня, а после…
Из нее выходит девушка в наброшенном халатике. На ходу завязывает пояс, хоть я успеваю заметить, что под ним ничего нет.
— Эй. Маша? Ты вообще как здесь оказалась? Ох, черт! Тебе плохо? Да Мария же!
Я почти грохаюсь на пол, но она меня подхватывает.
Морщусь, когда у моего носа начинает размахивать ваткой с нашатырем.
— Тьфу ты. Напугала меня до чертиков. Я уже Виоле думала звонить. Или в скорую.
— Стелла? Ты-то каким чудом здесь?
Хлопаю глазами, пока снова не возвращается резкость. Только теперь узнаю в хозяйке голого халатика и разбросанного белья сестру Марка.
Да на лицо-то я и не смотрела!
— Ты лучше садись. А то если снова в обморок решишь тут мне грохнутся, я тебя до диванчика не дотащу.
Стелла поддерживает меня за локоть.
Я опускаюсь на мягкий диванчик.
А здесь уютно, — невольно отмечаю.
Красный диван и мягкие кресла с красной обивкой. Стеклянные столики, небольшой, кофейный и широкий рабочий. Остальная мебель белая.
Слишком изящно для Марка.
Не могу не подумать, он обставлял здесь все сам или к этому приложилась женская рука?
— Со мной все в порядке, Стелла.
— Это хорошо. Теперь главное, чтобы я в обморок вслед за тобой не свалилась.
