— Мария Владимировна? Доброе утро. Куда это вы с самого утра?
Черт!
Быстро отступаю назад в квартиру.
На пороге, как и вчера, стоит Геннадий!
А я — то уж было подумала, что могу уйти!
— Какая разница? Геннадий. Я не пленница в этом доме, а хозяйка. Раз вы работаете на моего мужа, то и на меня. Поэтому я приказываю вас пропустить меня!
— Простите, Мария Владимировна. Но для меня важны только приказы вашего мужа. Если вы собрались куда-то ехать, то только со мной!
— Хорошо, — я вздыхаю, чуть прикрыв глаза.
Пальцы дрожат.
Да я вся просто взрываюсь от возмущения!
— Тогда поехали в больницу.
Оставляю сумку с вещами в квартире.
Пока она мне не понадобится, но нужно собраться.
Сейчас Марк настроен слишком решительно. Явно меня не отпустит.
Но нужно обязательно что-нибудь придумать!
Рано или поздно или он заберет своего охранника, либо я найду способ от него ускользнуть!
— Малыш, доброе утро.
Машинально отвечаю на звонок и слова застревают в горле.
Вот так? Так просто? В его голосе даже нет вины!
— Не звонил раньше, чтобы тебя не будить.
Геннадий сказал, ты уже проснулась и собралась. Как только смогу, подъеду в больницу, но дела, сама понимаешь. Если что-то нужно, сразу же звони. Для тебя я на связи все время.
— Ты серьезно? Считаешь это утро добрым, Марк?
Не выдерживаю.
И даже голос свой не узнаю!
Как будто в горло изнутри впились миллионы иголок!
— Маш, не драматизируй. Бабушку твою вытащат.
Его тон тоже становится ледяным. Металлическим.
— Прости. Я должен идти.
Отключается, а мне хочется швырнуть сейчас телефон о стену! Да он сам какая-то… Стена непробиваемая!
Правда? У нас одна сейчас проблема? Бабушка?
Мое решение сбежать и порвать все связи с Марком Князевым становится сильным, как никогда!
— Как она?
Быстро влетаю в больничный коридор.
На ходу натягиваю халат. Без них не пропускают.
— Пока все так же. В сознание не приходила. Но состояние стабильное, ухудшений нет. Мы и этому сейчас должны радоваться.
— К ней можно?
— Сегодня да. Но ненадолго, Мария Владимировна.
А ваш муж… Не с вами?
— Зачем он вам?
Напрягаюсь. Неужели все-таки так плохо? И мне не хотят говорить?
— Ничего страшного, не беспокойтесь. Просто… Нужно подписать кое-какие бумаги и оплатить те препараты, которые мы сейчас ей даем. Но это может подождать. Он ведь приедет?
— Я вполне могу это сделать сама.
Пожимаю плечами. Неужели меня все так и воспринимают? Просто как приложение к мужу, которая сама по себе ни на что не способна?
— Прекрасно.
