Я устала от этого всего! Устала, понимаешь?
— Маш. Посмотри на меня.
Он снова сжимает мои ладони.
Смотрит в глаза так, как будто пытается там найти что-то… Вроде какой-то соломинки, за которую мы оба могли бы ухватиться.
Только вот ее нет. Нет ни для одного из нас!
— Мы ведь были счастливы вместе. Просто подумай. Вспомни. За все три года, которые мы жили вдвоем. Мы ведь ни разу даже не поругались! Даже не спорили ни разу! Мы были счастливы! Разве это не самое лучшее, что может быть в браке?
— Только вот наше счастье в один миг вдруг посыпалось, Марк.
Как карточный домик. Выходит, оно и не было настоящим.
— Не посыпалось, Маш. Мы все еще можем исправить. Только если захотим. Да, я виноват перед тобой. Я же этого не скрываю. И не отрицаю. Но ты… Я не могу понять. Виталий. Таблетки эти…
— Вот видишь, Марк. Ты говоришь о счастье, а ведь сам мне не веришь. Я не принимала никаких противозачаточных таблеток! Никогда! Господи, да никто не хотел иметь детей так, как я этого хотела! От тебя! И мне бы в голову не пришло тебе изменять!
— Тогда почему ты с ним связалась?
— Чтобы уйти от тебя! Начать все заново! С чистого листа! Только уже там, где тебя не будет!
— Маш.
Марк качает головой. Обхватывает голову руками.
Я вижу в его глазах боль. Только и во мне этой боли слишком много."
"— Послушай. За Лику эту… Я идиот. Понимаю, что сам во всем виноват. Потому что идиотом был. Не ценил того счастья, которое у нас с тобой было. Вернее… Никогда не думал, что это может измениться. Что его можно потерять… Но за Ирэн… Я не знаю, мой ли это ребенок.
У меня есть только ее слова. За то прошлое, которое было до нас с тобой, ты не можешь меня винить.
— Раз уж мы сегодня говорим всю правду, то скажи мне, Марк. Скажи, как есть. Ты любил меня, когда делал мне предложение? Когда я выходила за тебя замуж? Любил меня? Или ты любил Ирэн? И эти твои измены? Сколько их было?
Марк бледнеет. Долго смотрит мне в глаза.
— Нет, Маш. Не любил. Я любил ее. А женщины… Это было просто мимолетно. На один раз.
Я даже имен их не запоминал. Не думал, что это вообще как-то к нашему браку относится. Просто… Просто снимал напряжение, когда скучно становилось в командировках. Я дурак был, Маша. Я ценил наш с тобой тихий семейный уют. Но дурь холостяцкая тогда еще из мозгов не выветрилась. Иногда страсти хотелось. Дикой страсти. Или свободы. Черт знает. Но это все для меня ничего не значило. И после Лики я ни с кем… И с Ирэн. С ней у меня тоже ничего не было. Я тебе клянусь.
