Я, наверно, могла бы ее понять, по-человечески, но как невестка мне не хотелось этого делать.
— Ты столкнула их лбами, — медленно произнесла мать Матвея и вернулась на диван.
— Я не сделала ничего, чтобы начать эту историю. Вы можете меня осуждать, но я до последнего говорила Виктору, что между нами только отношения невестки и брата мужа. Не более.
До появления в доме свекрови я думала, что наш разговор мог бы коснуться развода и того, что я нахалка не собираюсь отказываться ни от чего в разделе имущества, но нет.
Вмешался Виктор, и развод отодвинулся в списке причин ненависти моей свекрови.
— Ты могла вообще уйти, — запальчиво выдала мать Матвея.
— Почему я должна была уходить от любимого мужчины? — резонно спросила я и поглядела на кухню. Встала и включила чайник. Печенье, которое я испекла из остатков моркови вполне могло сойти за угощение."
"— Потому что так не было бы постоянного соперничества. Мой мальчик не сбежал бы… — с дрожью в голосе призналась свекровь, и у меня что-то кольнуло внутри.
Наверно то за, что отвечал материнский инстинкт, но я все равно уточнила:
— Он не сбежал. Он построил бизнес. Это разные вещи.
— Он вынужден был!
Я вскинула бровь.
— Виктор взрослый серьёзный мужчина. Он не вынужден был. Он хотел работать за границей. Это только его решение, а не следствие неоправданной привязанности.
Чайник вскипел быстро. В вазочку я пережила ещё тёплое печенье, в чашки налила крепкий чай и поставила на стеклянный с металлическими ручками поднос.
У дивана стоял небольшой столик, который вечно пустовал. Лёгкая конструкция и хороший вид дарили ему возможность не оказаться выброшенным. Сейчас я подтянула ногой столик, чтобы он встал перед свекровью, и поставила поднос с чаем и печеньем.
На меня посмотрели с укором. Ещё и руки на груди сложили. Я пожала плечами, не оценили хорошую во мне хозяйку. Свою чашку забрала и вернулась на кресло.
— Ты могла повлиять! — заявила свекровь, а я чуть не расплескала чай.
— Вы пришли меня обвинять, что я вертихвостка, а сейчас корите меня, что все же не вертихвостка и не заставила вашего старшего сына остаться в России?
Свекровь поджала губы, от носа пролегли морщинки. Она нехотя дотянулась до своей чашки. Приподняла. Руки подрагивали. Пригубила напиток.
— Ты могла просто исчезнуть, — снова медленно сказала мать Матвея. Она не притрагивалась к угощениям, а просто цедила чай как будто я в него яду плеснула.
