Прямо бесит! Мало того, что пляшу под его дуду, как цирковая собачонка, так еще губы свои мерзкие ко мне тянет!
— Хорошо. Только не смей меня больше целовать, — говорю и иду к выходу из номера.
Но он хватает меня за локоть:
— Постой, Алин. Я…
Он замирает, будто хочет что-то сказать, но не решается.
— Что? Облажался? Виноват? Я и так в курсе, — зло вырываю руку.
Но он не отводит взгляда. Лицо напряженное. На лбу испарина. Может, у него тоже температура?
Да плевать! Хоть сибирская язва.
— Кажется, я правда люблю тебя, — говорит внезапно.
Смотрю на него опешив. «Кажется»? «Любит»? Да он совсем уже оборзел!
Видать, гости не дураки. Слышала, уже шепчутся про Марину. Мой бесхитростный тост верно истолковали.
Ах вот, почему он меня поцеловал. И в любви тут начал признаваться. Знала, что он мерзавец. Но, что пойдет по головам, ради своей цели — даже для него перебор. Как таких только земля носит!
В груди поднимается такая ярость, что хочется по-настоящему проучить его. Чтоб проняло до костей.
Чтоб понял раз и навсегда: чувства других людей — не игрушка!
— Бросаем букет и уходим, — говорю ему холодно.
Выхожу из номера. Яростно вколачиваю каблуки в ковер, чуть приподняв подол платья, чтобы не шмякнуться еще раз.
Слышу, Ярослав идет за мной. А в голове уже созрел план. Мести.
Заходим в зал, где громко играет музыка. Пары танцуют медляк.
Увидев меня, ведущий просит всех незамужних девушек выстроится в ряд. Беру букет, готовлюсь."
"Жаль, Мариночка покинула бал. Так бы и зарядила ей прямо в лоб!
Девчонки стоят в рядок, такие красивые, в глазах надежда.
Прям, как у меня когда-то. Я вот ни разу букет не поймала. Всегда он летел в другую сторону, к какой-то другой счастливице. Не мне. Может, не зря?
Тоже, видимо, знак был. Не видать мне нормальной свадьбы. Мне — какая-то дешевая подделка досталась.
Встаю к девушкам спиной. Раз, два, три… кидаю букет. Обернувшись, вижу, как они все разом бросаются в кучу и безжалостно сражаются за веник. Так грустно становится.
Так и хочется крикнуть:
“Не ловите его, девчонки! Он несчастливый!”
Наконец, Витка вырывается из толпы, как спортсмен в американском футболе. Победно поднимает потрепанные цветы вверх.
“Бог шельму метит”, — думаю злорадно.
Перед глазами реальность теряет четкость, все как в какой-то дымке. От этого снова кажется, что это все — дурацкий сон.
Ведущий что-то говорит. Ярослав подходит ко мне, подхватывает на руки, кружит.
У меня нет сил сопротивляться.
