Соглашаюсь, хотя мысли далеко-далеко, я будто смотрю на происходящее со стороны.
Мой босс — отличный партнер. Ведет уверенно, но не настойчиво. Он попадает в такт музыки и не позволяет себе перейти границы дозволенного. Качает меня, словно на волнах.
— Где же ты? — спрашивает тихонько и прижимается щекой к моему виску.
— Где-то очень далеко…
— Вернись… побудь со мной. Подари мне эту минуту.
Поднимаю глаза и смотрю в глаза Никиты. Взгляд у него уставший, вымученный какой-то, но, несмотря на все это, не теряющий своего света.
— Боюсь, все, что я смогу тебе дать — это лишь минута.
— Тогда я заберу то, что мне полагается, — устало улыбается.
И я, сдержав слово, соединяю наши взгляды и теснее прижимаюсь к Никите. Смотрю в глубину лазурных глаз. Там так тепло, будто в августовском море. В них настоящий штиль, который не предвещает ничего плохого. Как жаль, что манит меня пучина…
Музыка заканчивается, и мы замираем.
Никита целует мне руку, и мы синхронно разворачиваемся, чтобы вернуться к столику.
Замираем мы так же синхронно, не в силах сделать ни одного шага, потому что натыкаемся на Рому и женщину рядом с ним.
Волков в потрясающем смокинге. При виде бывшего мужа у меня подгибаются колени. Как же я скучала по нему, идиотка бесхребетная…
Волков и его спутница смотрят на нас, мы на них. Взгляд женщины прикован к лицу Никиты, а он не сводит глаз со спутницы Ромы. Ревниво подмечаю ее внешность: красивая, утонченная.
Напряжение витает в воздухе, кажется, его можно пощупать.
Рома, зачем ты делаешь все это? Тебе хочется причинить мне боль? Разве мало ты этого сделал?
Первым отмирает Никита. Протягивает руку Волкову.
— Роман, — приветствует моего бывшего мужа.
— Никита, — кивает тот в ответ и переводит взгляд на меня: — Аделия.
На моем имени его голос ломается, а взгляд жадно пробегает по телу, по декольте и вырезу на платье.
— Ты потрясающе выглядишь.
Вместо благодарности киваю. Замолкаем. Внутри полнейший раздрай. Хочется тупо сбежать отсюда, потому что сил держать гордую осанку больше нет.
И как только посмел притащиться сюда со своей любовницей! Если он хотел ударить меня этим, у него получилось.
Рома отмирает и представляет свою знакомую:
— Инга, познакомься — Никита. А это Аделия.
— Очень приятно, — севшим голосом отвечает девушка и только в этот момент переводит взгляд на меня.
Она бледна, глаза на мокром месте. Но, силясь, улыбается мне и натягивает маску.
