Но нет, я у нее даже ни разу не просил этого, уверенный в том, что она откажет и будет потом краснеть рядом со мной всю оставшуюся жизнь.
Мимо проходит какой-то тип, пуская слюни на Делю. Тормозит, разворачивается, решительно направляясь к ней. Эй, это моя жена! Назад!
И тут же как ушат холодной воды — и ведь не моя же… Ничья она. Свободная. И ничто ей не мешает согласиться, о чем бы ни попросил ее этот тип.
Ноги действуют быстрее головы, и я подбегаю к бывшей жене.
— Аделия!
— Рома?
Оборачивается слишком резко.
От столкновения одновременно происходят две вещи: ее недоеденное мороженое летит в меня, а мой кофе полностью выливается на светлый свитер Дели.
— Ай! Ай! — кричит она и машет руками.
— Ох блин! Прости!
— Вот ты какой, бумеранг в действии, — лепечет что-то. — Господи ты боже мой! Горячо как!
На адреналине выхватываю из рук Дели куртку, надеваю на нее. Сам быстро накидываю пальто. Вывожу ничего не понимающую девушку на улицу и перехожу дорогу. Тяну ее в дом. Все это время она молчит, лишь ошалело косится на меня.
Перед дверью в нужную квартиру достаю ключи:
— И зачем ты притащил меня в квартиру Димки?
У всей моей семьи есть ключи от квартир друг друга, поэтому мы можем заявиться в гости без приглашения в любой момент.
— Расслабься. Они с Соней в отпуске. Ты обожглась, вся мокрая, а их квартира прямо напротив.
Отмыкаю дверь и захожу внутрь, включаю везде свет.
— Я бы вызвала такси и уехала, к чему все это?!
Хватаю ее за руку и затаскиваю внутрь:
— Снимай свитер, а после уже можешь поорать на меня.
Ухожу на кухню и звоню брату, кратко обрисовываю ситуацию и получаю ответ: аптечка на кухне, вино — в специальном холодильнике.
Усмехаюсь.
Возвращаюсь в гостиную, где Деля как раз надевает белую футболку с болтающимся ценником, в последний момент скрывая голую поясницу. Член дергается, напоминая о себе.
— Вот мазь от ожогов, давай намажу?
Аделия оборачивается и окидывает меня взглядом. У-ух! Сколько там всего! Вот это коктейль! Спичку поднеси — рванет, и мало никому не покажется.
— Я сама, — отбирает у меня баночку с мазью и уходит в ванную комнату.
Ее нет довольно долго, и я откупориваю бутылку, разливаю вино по бокалам, делаю жадный глоток. Сердце в груди стучит как чумное, на кончиках пальцев подрагивает напряжение.
Бывшая жена возвращается и протягивает мне мазь:
— Спасибо. Я поеду.
Зависаю на ее груди, которую видно через тонкую ткань футболки.
