— Вполне. Новое дело, как раз для тебя, по твоей специализации. И работать надо начинать срочно.
— Но у меня…
— Я прекрасно знаю, что у тебя, — отрезал Стасов. — Срочность тоже надо понимать разумно. Три-четыре дня у тебя есть, как раз успеешь закончить. Одним словом, приезжай, я тебя введу в курс дела, и начнешь готовиться.
— А завтра нельзя? — жалобно спросила она. — Стасов, я устала как собака и есть хочу. Давай я завтра приеду, а?
— Каменская, знаешь, чем отличаются начальники от подчиненных?
— Начальник всегда прав, — отчеканила она.
— И он умнее по определению.
— Глупая ты, — вздохнул Стасов. — У начальников всегда есть выходные, а у подчиненных — не всегда. Ты все поняла?
— Все. У тебя завтра выходной. Поэтому ты будешь истязать меня сегодня.
— Буду, — пообещал он. — Но за это я накормлю тебя ужином.
— В ресторане?
— Еще чего! Сейчас позвоню, закажу пиццу. Поедим, поговорим. Короче, Каменская, я тебя жду. Постарайся побыстрее.
Строптивый начальник, который никак не хотел ее принимать, как будто услышал этот разговор и проникся к Насте Каменской жалостью, потому что не успела она спрятать телефон в сумку, как секретарь сделала ей знак входить в кабинет.
Разговор занял даже меньше запланированных двадцати минут, и уже через полчаса Настя ехала в выделенной Стасовым машине в Перово, где находилась та самая «база» — офис детективного агентства Владислава Стасова. Агентство так и называлось — «Власта», простенько, совершенно объяснимо и без затей. Машин вечером в пятницу по направлению из центра к окраинам города было море, Настя измаялась в пробках и проклинала свою новую работу за то, что теперь она ездит на машине, вместо того чтобы по привычке кататься на метро.
Водить автомобиль она не любила и раньше всячески избегала этого, а сейчас деваться некуда, маленький аккуратный серебристый «Пежо» является не роскошью, а необходимым инструментом для работы.
В офис она приехала не только уставшая и голодная, но еще и злая, однако большая пицца с салями несколько примирила ее с действительностью, и она сама не заметила, как, слушая рассказ Стасова, умяла больше половины.
— Владик, я наелась и плохо соображаю, — пожаловалась она, — дай мне все бумажки, я их дома почитаю, обдумаю, а в понедельник поделюсь соображениями.
— Так нет бумажек-то, — развел руками Стасов. — Я ничего не записывал.
— Как — не записывал? — изумилась Настя. — Почему?
— Да вот как-то так вышло. Уж больно хороша деваха, глаз не мог отвести, — честно признался он.
