А у тебя что нового?
— Леш, я есть хочу, — жалобно проныла Настя. — Давай ты меня накормишь где-нибудь, а я тебе все расскажу. Только не предлагай мне кофе и десерты, у меня такое чувство, что я последние десять дней только и делаю, что пью кофе и трескаю сладости и мороженое. Я хочу простой человеческой еды.
— Например? Мяса? Или ты предпочитаешь рыбу?
— Леш, только ты не смейся… Я хочу спагетти, — призналась она. — Таких, знаешь, обыкновенных длинных макарон с мясом и соусом и салат из помидоров и огурцов.
Они зашли в первое же попавшееся на пути заведение, где в меню значились спагетти, и Настя с удовольствием навернула тарелку макарон и мисочку овощного салата. Только после этого она приступила к изложению своей беседы с сыном доктора Евтеева.
— В общем, я опять вытянула пустышку, — констатировала она. — У меня на вторую половину дня назначены еще четыре встречи, но чутье мне подсказывает, что ничего интересного я не узнаю. Получается, что в Южноморске я бессмысленно потратила и собственное время, и деньги заказчицы.
Но зато мне пришла в голову мысль… Будешь слушать?
— Не буду, — усмехнулся Чистяков. — Я ее и так могу угадать.
— Ну, попробуй, — недоверчиво протянула Настя.
— Ты подумала о том, что если у доктора Евтеева так заметно изменился характер в момент переезда из Руновска в Южноморск, то, возможно, именно в Руновске и произошло что-то такое, что имеет отношение к его убийству.
Настя с испугом посмотрела на мужа.
Конечно, он знает ее много лет, очень много, и легко может предсказывать ее реакцию на любые события, но чтобы до такой степени проникать в ход ее мыслей… Это невероятно. Неужели правда, что люди, много лет прожившие вместе, становятся похожи друг на друга?
— И есть еще одна вещь, о который ты до сих пор почему-то не подумала, — продолжал Алексей. — Мне она давно пришла в голову, но я все ждал, когда ты сама об этом заговоришь. А ты все не говоришь и не говоришь.
Настя поежилась, ей стало неуютно.
— Какая вещь?
— Доктора могли убить вообще не из мести.
— Ну вот, и ты туда же! — с досадой воскликнула она. — Я же тебе тысячу раз проговаривала свои соображения насчет случайного грабителя. Просто ты плохо меня слушаешь.
— Я тебя отлично слушаю. Теперь ты послушай меня. Месть буквально накануне естественной смерти — это действительно штука сомнительная. А вот убийство пока еще живого человека имеет большой смысл.
