Я не хотела прихорашиваться, выбирать платье, туфли, но перед чужими людьми нельзя быть в пижаме и дулькой на голове.
— Ты бы мог и без меня на ужин поехать.
— Ждут именно вас с Артемом, — мрачно отвечает Макар. — Вику помнишь на свадьбе Пастуха? Та, которая дружить хотела.
Замечательно. Нет у меня никаких претензий к этой приветливой девушке, но я не готова я сейчас дружить. Я хочу забиться в темный угол и чтобы никто меня не трогал.
— И давай без сюрпризов, Улиточка. Это чисто ужин, чтобы соблюсти приличия и держать эту семью в кругу хороших знакомых.
Не друзей и не врагов, а знакомых.
— Опять какие-то ваши игры?
— это игры Пастуха. И да мне не нравится, что он с легкой руки его племянницы, обратил на нас внимание.
— Ты сам на его свадьбу пришел, — недовольно цокаю я.
— Отказаться было нельзя. Мы все, так или иначе, повязаны. Он тоже был на нашей свадьбе. Правда, отмолчался с тостами, но у него были свои причины показать, что он недоволен.
Я из нашей свадьбы помню платье, дикий восторг и Макара.
Такого шикарного, красивого и строгого, а гости для меня были размытыми пятнами, потому что ничто и никто не был для меня важен так, как мой будущий муж. Я буквально отказалась от всего мира, нырнула в свои фантазии и иллюзии и опьянела ими до эйфории. И Макар прекрасно это видел и знал, что я влюблена в него по уши. Мало ему было глупой девочки, ему была нужна любовь от нее.
— Что ты замолчала?
И с каким я упоением наслаждалась беременностью, и даже роды были для меня радостью несмотря на боль и мои крики.
Я была счастлива до одурения и идиотизма. Влюбленность стала для меня лоботомией.
— Ты знал, что я в тебя была влюблена, — едва слышно говорю я.
— А что же ты в дворника там не влюбилась? — едко интересуется Макар. — Или в коллегу по работе. В такого же менеджера, как и ты. Обычного парня, который живет от зарплаты до зарплаты, снимает комнату?
Меня злят его намеки, что тварь я меркантильная, которая повелась на его статус и деньги, но ответить нечего. Он меня загнал в ловушку.
— Это нормально, Улиточка, когда женщина ищет того мужчину, который обеспечит ее и детей. Это, можно сказать, срабатывают инстинкты. Ты по достоинству оценила меня, а я тебя. У тебя свои критерии выбора были, по большей части неосознанные, а у меня свои.
— Только ты забыл добавить в свои критерии то, что потенциальная жена должна проглотить твои измены.
— Но ты же тут, со мной в одной машине, — усмехается. — И мы едем на ужин.
— Мерзавец.
