Он взял свечу из канделябра на стене коридора, вошел в комнату и с изумлением увидел, что она пуста. Не было ни сундуков, ни других вещей Эвелин, ни ее самой. Именно так выглядело это помещение, когда Грэм привел сюда Эвелин несколько часов назад.
На миг Грэм решил, что ошибся и она в другой комнате, но он не настолько рассеян. Повернувшись, он выскочил наружу и быстро пошел по коридору, на ходу распахивая двери по обе его стороны.
Добравшись до своих покоев, Грэм решил было не входить, но передумал и распахнул дверь.
Он должен ее найти, а для этого потребуется обыскать в замке каждый дюйм. Нужно убедиться, что она не спустилась вниз.
Да, к такому медовому месяцу он был не готов. Жена, которая не может отдавать себе отчета в своих действиях, пропала!
Грэм сунул голову в дверь, обвел комнату торопливым взглядом и сначала ее не заметил. Однако нельзя было не заметить, что тут оказались все сундуки, сопровождавшие Эвелин в замок Монтгомери. Более того, сундуки были распакованы, а вещи Эвелин занимали все свободные поверхности.
В довершение картины сама Эвелин свернулась клубком на его кровати, ближе к стене, и, похоже, крепко спала. Грэм испустил вздох облегчения, воздел было руки, но тут же бессильно уронил. Присутствие Эвелин ощущалось повсюду — здесь были ее вещи, сундуки, одежда, запах. И сама она лежала в его постели. Там, где предстояло спать ему, Грэму.
Она ничего не ела и заснула голодная. Грэм увез ее из дома, как только клятвы были произнесены, и она не поела, когда они приехали сюда.
Эвелин и так стройная. Она должна есть вовремя.
Однако Грэму не хотелось тревожить ее сон. Она ведь даже не пошевелилась, а он вошел довольно шумно. Должно быть, тяжелый день вконец утомил ее.
Грэм тихонько подошел к кровати и наклонился, чтобы лучше рассмотреть лицо Эвелин. Довольно смешно — он крадется по собственной комнате, чтобы не потревожить женщину, которая самовольно вселилась в его личные покои.
Во сне Эвелин была похожа на ангела — черные ресницы, бледные от усталости щеки. Светлые волосы беспорядочно разметались по подушке — его подушке.
Грэм нахмурился. Она похитила у него и подушку.
Одета Эвелин была в простую льняную рубашку, которая скромно прикрывала все, что нужно. Грэм видел только лицо и одну руку, вытянутую вдоль тела. Вторую она сунула под щеку.
Если он сейчас ее разбудит, ей придется одеваться, а когда она будет готова, обед в любом случае уже закончится. Лучше он позаботится, чтобы утром, когда Эвелин проснется, у нее была еда.
