Весь его вид говорил — он доверяет Тэвису и его не тревожит, что он с братьями оказался во владениях Армстронгов и в полной власти здешнего лэрда.
Робина пригласила его в дом и заспешила впереди гостя, показывая дорогу наверх. Она уже хотела толкнуть дверь в комнату, которую Эвелин занимала раньше, но Грэм приостановился.
— Я тоже смогу поместиться здесь? — спросил он. — Я не оставлю ее.
— Возможно, будет лучше поместить ее в покои, где ты ночевал, когда был у нас в прошлый раз.
Грэм кивнул и последовал за Робиной дальше по коридору в комнату, где они с Эвелин в первый раз поговорили по-настоящему, хотя Эвелин и не произнесла ни слова.
Как многое с тех пор переменилось!
Опустив жену на кровать, Грэм присел рядом и провел пальцем по запекшемуся кровоподтеку у нее на скуле. На виске был еще один. На щеке отпечатались следы пальцев, как будто Йен грубо хватал ее.
Ноздри Грэма затрепетали, пальцы задрожали. Он смотрел на свою измученную жену и едва справлялся с волнением. Боже, ведь он думал, что больше ее не увидит! Никогда в жизни он не испытывал такого страха.
Ни к одной женщине не был привязан настолько, что даже мысль о том, что можно ее потерять, была способна разрушить весь его мир.
— Ты беспокоишься о ней, — с удивлением, не веря себе, произнесла Робина.
Грэм повернул голову и ответил ей твердым взглядом.
В дверях столпились родственники. Некоторые уже прошли в комнату. На всех лицах читалось тревожное ожидание. Грэму было все равно, кто услышит его слова.
— Миледи, дело не просто в беспокойстве.
Я люблю ее. В ней вся моя жизнь. Без нее я ничто. Без нее у меня ничего не останется.
Глаза Робины широко распахнулись, на бледном лице они казались огромными. Тэвис шагнул к ней, обнял за плечи и притянул к своей груди.
— Оставь его, любовь моя. Для него главное — Эвелин. Мы многого о ней не знали. — Он помолчал и с горечью продолжил: — Я совершил столько ошибок. Из-за них мы едва не потеряли свою дочь. Да, мы могли потерять ее из-за моих ошибок.
— О чем ты говоришь? — недоуменно спросила Робина.
Тэвис покачал головой.
— Сейчас не время. Ты узнаешь обо всем, когда мы будем уверены, что Эвелин благополучно оправилась после всех испытаний. А пока надо сделать все, чтобы как можно лучше принять в нашем доме Грэма и его родственников. В страхе за Эвелин Грэм сумел забыть прошлые обиды и жажду мести, потому что любит ее сильнее, чем ненавидит меня.
— Это правда? — потрясенно спросила Робина у Грэма.
