Жозефина с «каменным» лицом встала, спросила про баронессу, на что получила ответ, что барыня уже отдыхает и беспокоить не велено.
Леди Бейкер приехала на карете, которую ей выделили Ставровский, поэтому от экипажа барона отказалась.
Села в карету и начала размышлять, по всему выходило, что барону «ворожит» удача, а вот интереса к своей персоне у барона она не наблюдала вообще. Дело выходило скверное. Лорд Уитворт не оставил ей выхода, умирать Жозефина не хотела, боялась боли и унижений. Мозг лихорадочно искал выхода из сложившейся ситуации.
И нашёл!
Виленский должен умереть!
Леди Бейкер стало даже легче дышать. А что? Нет человека, нет проблемы! Она же не виновата, если Виленский вдруг скончается, она «приложила» все усилия, а всё остальное это не к ней.
Сперва Жозефина хотела обвинить Виленского в том, что он её изнасиловал и сказать об этом Балашову, чтобы тот вызвал барона на буэль и убил его. Но потом леди стала думать, что графу будет неприятно с ней общаться после этого. Здесь нужно было что-то другое.
И тогда женщина решила сказать Балашову полуправду.
– Интересно, он придёт сегодня ночью или придётся ждать? – задавалась вопросом леди Бейкер.
Внезапно карета остановилась, дверца распахнулась ив карету впрыгнул… лорд Чарльз Уитворт.
Леди Бейкер вжалась в стенку кареты, стараясь сделаться незаметной.
– У вас ничего не получилось, Фр-и-ида, – Уитворт не спрашивал, Уитворт утверждал и от его тихого голоса стало жутко.
Он взял Жозефину за подбородок и продолжил:
– Вы же не собираетесь делать глупости? Сидите тихо, иначе будет жаль портить такую красоту…
Закончив говорить, лорд Чарльз наклонился к Жозефине, не отпуская её подбородок
– Неужели поцелует, – с ужасом подумала Жозефина
И лорд Уитворт поцеловал леди Бейкер… в лоб… словно покойника.
Без слов лорд Чарльз вышел из кареты, а леди Бейкер почувствовала, что несмотря на прохладу, спина у неё стала мокрой."
"В эту ночь Кирилл Балашов не пришёл, он был в офицерском клубе, отдыхал с друзьями. Сегодня ночью графу не везло в картах, и он проиграл довольно значительную сумму.
Подумал о том, что придётся снова ехать к дяде, просить денег. Единственное, что примиряло его с этим, это были ночи с леди Бейкер, которая жила в доме князя Ставровского и, похоже, он ей нравился и без дорогих подарков. Сразу вспомнилось гладкое, мягкое и отзывчивое тело Жозефины и граф сильнее сжал, сидевшую у него в этот момент на коленях развлекательницу, так, что та даже вскрикнула.
