)
***
В хлопотах прошло ещё три дня и Ирина, забрав с собой Павла вернулась в поместье. На подъезде их встречал конный разъезд из шестерых всадников.
Возле ворот тоже стояла охрана и внутри поместья строился деревянный дом.
Вышедший встречать Ирину Никодим, сообщил, что взял ещё десяток в охрану, теперь надо строить небольшую казарму. Разрешение у барина получил.
Услышав про отца, Ирина даже вздохнула с облегчением, значит он не закрылся снова «в скорлупе».
Ирина передала Никодиму Павла, попросила помочь ему добраться до комнаты.
Решила разместить его на первом этаже, чтобы травмированному Павлу было легче. У него оставалась перебинтованная голова, второй глаз ему открыли, и Ирина обрадовалась, увидев, что глаза Павел не лишился. А синяки пройдут.
Дети все уже были в холле, и набросились на Ирину с обнимашками. Даже Танюша поучаствовала. Ирина подняла девочку, и прижала её к себе, понимая, что вот оно счастье, когда к тебе доверчиво прижимается такое вот лохматое и глазастое чудо. Вдруг Танюша немного отодвинулась от Ирины и показав пальчиком на Глашу, сказала по слогам:
– Гла-фа
Потом повернулась к Ирине и чётко произнесла:
– Ма-ма
Да, Ирина не была Танюше мамой, но, когда она услышала, что её назвали мамой, что-то в ней изменилось навсегда.
Глицерин Ирина тоже привезла с собой, а также весь запас украшений и столовых приборов из чернёного серебра, который Павел хранил в специально оборудованном подполе, который вырыл, когда понял, что оставляет дом почти без присмотра. Но к нему в дом так никто и не залез, зато вот пригодилось, и бандиты ничего не нашли, а на витрине всего-то пара колечек и браслетов лежало.
А избили Павла за то, что он рецепт чернения не сказал. Они собирались увести Павла с собой, но, во-первых, Павел сразу покалечил двоих, а, во-вторых, после побоев Павел был без сознания, и они просто не смогли его дотащить, всё-таки роста и комплекции ювелир был богатырского. Выволокли бесчувственного Павла на улицу, а кто-то услышал и вызвал городничих.
Бандиты бросили его и сбежали.
Ирина корила себя, что сразу не догадалась приставить к Павлу и его мастерской охрану. Ну да ладно, главное живой, теперь оборудует в поместье мастерскую и будет спокойно работать. Учеников возьмет.
Отца в поместье не было, Пелагея сказала, что он уехал по деревням, должен к ужину вернуться. И добавила, что от помещика Картузова вчера человек приезжал, привёз письмо для Ирэн и её отца. Письма Пелагея отдала Леониду Александровичу.
