– Похоже, такой же вот звездной ночью мы и зачали нашего ребенка на палубе моей яхты во Франции.
Произнеся эти слова, Леандро тут же пожалел о них, но было поздно.
Вначале Марни была всецело захвачена ощущениями близости с Леандро и даже не пыталась что-то вспомнить. Но слова любовника спровоцировали неясные воспоминания, едва уловимые, точно ветерок от взмаха крыльев бабочки: лодка, луна, запах моря, легкий ночной ветерок… Образы растворились, но оставили надежду.
– Мне показалось – всего на пару секунд, – что я вспомнила.
Это хороший знак, значит, память возвращается.
На миг Марни почудилось, что улыбка Леандро стала какой-то напряженной. Но он не дал ей времени над этим задуматься, перекатившись и уложив Марни на спину так, чтобы ее ноги обхватывали его бедра.
– Сейчас это не имеет значения, дорогая. Ничто не важно, кроме нас.
Он сделал резкое движение корпусом, и Марни застонала от удовольствия.
– Прошлое не имеет значения. Во Флоренции мы оставили новые воспоминания и теперь можем мечтать о будущем… о том, как родится наш малыш.
Он начал ритмично двигаться, и Марни не могла думать больше ни о чем, кроме того захватывающего водоворота наслаждения, что уносил ее с собой. Она жалела лишь о том, что Леандро так и не признался ни разу в своей любви, и девушка тоже сдерживала чувства. Но ведь ему не все равно! Он так внимателен к ней, так очарователен – и это с момента их приезда во Флоренцию.
Да и неудивительно, что он не привык выражать свои чувства, думала Марни. Ребенок, покинутый матерью и воспитанный черствым отцом, он не видел подлинной любви.
Возможно, он скажет ей заветные слова после свадьбы. Марни не хотела, чтобы даже тень сомнения омрачала ее счастье и волнение перед предстоящей свадьбой, которая должна была быть через неделю.
Они вернулись к вилле, и Леандро на руках внес ее в спальню, точно она – хрустальный сосуд, а не женщина с пятимесячной беременностью. Все просто замечательно, сказала она себе, засыпая в объятиях жениха. Однако ночью ей снились странные сны – или, может, это были воспоминания, что теперь жили лишь где-то в подсознании? Наутро Марни проснулась с чувством, что все произошедшее здесь – все счастливые дни с Леандро – было сном, а реальность вот-вот грозовым штормом ворвется в ее безоблачное счастье.
Через неделю они летели в Лондон на частном самолете Леандро, и странные сны начали сбываться. Реальность стала потихоньку вторгаться в ее жизнь, и Марни впервые поняла, что такое быть женой мультимиллионера.
